(Не)послушная для сурового

Миша был напряжен. Он внимательно смотрел в окно. Ждал. Ему не нравилось то, на что он подписался, уступив уговорам Анжелы. Он видел, что она совсем помешалась на Егоре. А ведь пока тот считался погибшим, у Миши теплилась надежда завоевать сердце девушки, в которую он влюбился с первого взгляда.

Энж считала себя косвенно виновной в смерти Егора, может быть, поэтому притихла, почти перестала тусоваться. Миша воспользовался этим. Прикрывшись их школьной дружбой, приглашал ее в кино, на выставки, просто прогуляться по городу. Они даже Новый год отметили вместе у общих друзей. Парень заботился о ней, опекал, но она не видела в нем мужчину. Плакала ему в жилетку, как подружке, сожалея о рано ушедшем Егоре, доверчиво признавалась, что любила того с десяти лет, жаловалась, что он пользовался ее телом, но пренебрегал чувствами. Мише было больно слышать от любимой женщины, что она с радостью отдавалась другому, но душу грела мысль, что Анжела ему доверяет.

Миша и Энж виделись каждый день, она могла позвонить ему среди ночи, чтобы рассказать, что ей приснился кошмар. Ему казалось, что это что-то да значит. Парень собирался с духом, готовясь признаться в своей давней любви, но тут воскрес Егор. Точнее, оказалось, что он единственный уцелел в авиакатастрофе. И одержимость Анжелы вышла на новый уровень. Она во что бы то ни стало хотела быть с Егором, а тот снова выбрал другую! Миша пытался достучаться до Энж, просил оглядеться по сторонам, ведь счастье может быть совсем близко… Бесполезно.

Миша в очередной раз разрешил устроить вечеринку в своем доме, пока семья отдыхала в какой-то глуши. Рядом с низкой оградкой притормозил поблескивая черными боками крутой американский байк. За его красиво изогнутым рулем была Лариса, невеста Егора. Девушка сняла шлем и обернулась к своему наглому пассажиру, который все еще продолжал сжимать ее аппетитную грудь. Это был Егор. Он, едва касаясь, провел вдоль позвоночника девушки рукой, наклонился вплотную к ее лицу и что-то тихо сказал.

Его губы изогнулись в кривой усмешке, они были так близко от губ девушки, что казалось, еще немного, и они сольются в страстном поцелуе. Миша тяжело вздохнул. Лара, конечно, была та еще стерва, расчетливая, готовая кого угодно продать. И она делала это буквально, найдя в Анжеле благодарного покупателя. Но когда Миша смотрел на этих двоих, он видел искры между ними, их тянуло друг к другу, только Анжела видеть это оказывалась. Ее план был прост: заставить Егора бросить Лару. Ей казалось, что после этого он автоматом захочет встречаться с ней.

Миша отвернулся от окна и мысленно чертыхнулся:

«Какие же женщины порой бывают упертые до идиотизма! И слепые!»

Около часа он наблюдал за компанией веселых студентов, которые недавно сдали сессию, до второго курса можно было отдыхать еще месяц, и молодые люди наслаждались жизнью. Даже Егор и Лара, улыбаясь друг другу, в обнимку переходили от одних знакомых к другим, весело смеялись, о чем-то разговаривали. На этом празднике беззаботности выделялась Анжела, которая в одиночестве стояла у окна и сосредоточенно следила за Ларой и Егором, периодически сверкая глазами полными гнева в сторону Миши. Миша не выдержал. Когда Лара отошла от Егора в туалет, он подкараулил ее в коридоре и попросил:

– Лариса, мы можем переговорить, буквально пару минут. Я хочу извиниться.

Вид у него при этом был несчастный, в глазах пряталась вселенская грусть, а на лице смирение. Ему даже не пришлось притворяться. Ведь он действительно повел себя с девушкой некрасиво в их последнюю встречу. Это было на вечеринке в честь возвращение Егора у Анжелы дома. Миша напился до беспамятства, потому что был расстроен полнейшим равнодушием Анжелы. Она игнорировала его существование, все ее взгляды и реплики были адресованы исключительно одному божеству. Миша смутно помнил, что говорил Ларе, но точно помнил, что толкнул ее в бассейн. Сейчас он не мог даже себе объяснить свой поступок. Поэтому извинялся он искренне.

– Я тебя слушаю, говори, – обреченно вздохнув, согласилась Лара.

– Может, поговорим в соседней комнате, здесь очень шумно, – скрипя сердцем и вопреки своей совести, предложил Миша.

Девушка пожала плечами, давая понять, что готова его выслушать. Видимо, раскаяние он изображал вполне натурально.

Они вышли в холл и прошли в библиотеку. Миша заговорил сразу, чтобы не дать себе возможность передумать.

– Лариса, я вел себя на той вечеринке как свинья. Мне очень стыдно. Просто я был расстроен. Энж мне очень нравится, больно видеть, как она бегает за Егором как собачонка, а этот гад ни себе ни людям. Самому она не нужна, но когда скука одолевает, с удовольствием пользует.

– Даже так? – искренне удивилась Лара, Миша заметил по опустившимся уголкам ее губ, что ей было неприятно это слышать. Значит, он на правильном пути.

– Да, он избалованный эгоист!