Неожиданно мать!

— Это не ваш ребенок.

Не вопрос, а утверждение.

Девушка сжимающая ручку пластиковой больничной люльки вздрогнула и вскинула голову, словно ужаленная, а мужчина, который это произнес, покачал головой.

— Это я не вам, — шепнул он, отстранив телефон от уха.

Девушка медленно, растерянно кивнула и уставилась прямо перед собой.

А мужчина вдруг заулыбался. По-дьявольски так, лукаво. Только девушка ничего не заметила, она вся напряглась, вытянулась будто струна и стала остукивать носком туфли.

Лифт от постукиваний быстрее не поехал. Он дергался и скрипел, а все стоящие в нем могли только молиться, чтобы не застрять между этажами.

— Украли значит… — произнес мужчина и девушка снова повелась.

Не выдержала и обернулась.

— Я не… — начала было она, но мужчина вновь мягко покачал головой и одними губами обозначил: «Не вам».

Только вот стоило девушке отвернуться, как он снова еле сдержал смех.

— Его уже ищут! — таинственным тихим голосом сообщил мужчина.

Лифт остановился, резко дернувшись.

Двери чертовски медленно разъехались.

Девушка схватила, лежащего в люльке, ребенка.

Пнула люльку под ноги мужчине, блокируя выход из кабины.

И бросилась наутек.

— Стой, дура! — только и успел выкрикнуть ей вслед мужчина, но девушка уже шарилась по парковке, медленно седея от ужаса и паники.

— Она что, украла ребенка? — шокированно шепнула одна из пассажирок лифта.

— Может полицию вызвать? — испуганно вздохнула еще одна дама.

— Так это ж медсестричка, не? Ну она в форме была! — протянул больной на каталке, которого везли на процедуры.

— Так может того… переоделась для виду и швыть ребятеночка, — предположила медсестра, которая этого самого больного и везла.

— Ну дела-а… — пробормотала бабуля-лифтер.

Мужчина с телефоном, в свою очередь, отодвинул люльку и пошел на выход из больницы вслед за девушкой с ребенком.

С этого и началась большая история одного брошенного ребенка, одной слишком доброй и безбашенной девушки, и одного мужчины с каменным сердцем.

Девушка с ребенком все еще металась по парковке и даже оглядывалась, не бежит ли кто за ней, когда мужчина с телефоном вышел из здания больницы и притормозил на крыльце. Он стоял чуть прищурившись и наблюдал за девушкой какое-то время, а потом сошел со ступенек и направился к своей машине. Девушка же даже не обратила на это внимания, поглощенная своим побегом и перепуганная до смерти.

Ну и что это мы… девушка, да девушка. Упростим себе задачу!

Звали эту странную особу Мотей и была она никакой не подставной, а вполне себе настоящей сотрудницей больницы. Не медсестрой, конечно, но санитаркой!

Так вот!

Мотя же даже не обратила на это внимания, поглощенная своим побегом и перепуганная до смерти.

Ребенок поступил, как истинный ребенок в стрессовой ситуации и просто заплакал.

И ровно через секунду, будто в ответ на это завыли сирены. То ли это был сигнал подъезжающей скорой помощи, то ли пожарная тревога, то ли кортеж какого-нибудь важного шишки, проезжающий мимо, но заполнивший парковку визг, заставил Мотю застыть на месте. Она прижала к себе квакающий сверток и начала медленно пятиться назад, окончательно растерявшись.

— Соберись, блин! — прошипела Мотя сама себе, зажмурилась, а потом за одну секунду оценила ситуацию вокруг и предприняла самое сумасшедшее решение из возможных.

Вытянула свободную от кулька руку и «остановила» ею огромную черную машину, медленно выезжающую с парковки.

В том, что водитель не станет давить девушку с ребенком — сомнений не было, но на секунду у Моти что-то екнуло, намекая на предчувствие скорой смерти.

Пронесло! Смерти не случилось.

Мотя мигом оказалась у задней двери машины, открыла ее и запрыгнула, тут же согнувшись в три погибели, будто это могло сделать ее невидимкой.

— Скорее! Гони! — прокричала она водителю. А сидящий на том же заднем сиденье, что и она, мужчина медленно кивнул, глядя в зеркало заднего вида.

Да, Мотя еще не поняла, что вляпалась по самые уши. Она не заметила, как эта машина медленно к ней подъехала, будто специально, чтобы оказаться единственным спасением. Не заметила ледяной ухмылки водителя и его заинтересованного взгляда. И конечно же не заметила сидящего рядом мужчину и не определила, что это тот же тип, что болтал по телефону в лифте.

Мотя просто зажмурилась и шепнула:

— Пожалуйста, тише, — обращаясь к ребенку, который надрывался как и прежде.

Она решила, что дальше уже не может быть хуже. По крайней мере, никто ее не схватил.

Водитель, к счастью, ударил по педали газа, машина тронулась, а звуки сирены становились все тише. И тише. И тише…