Ненужные. Мама для отказников

– Оставь её, Лиса, – рослый мальчишка тянул худую, белокурую девочку за грязный рукав. – Ещё увидят рядом.

– Нет! – Лиса с силой вырвалась и бросилась к лежащей женщине. – Это моя мама!

– Твоя мама умерла, Лиса, – напомнил Дорн. – Иначе ты не оказалась бы в приюте.

– Дорн, ты всё путаешь! Рина была не мамой, а тётей, когда родители пропали. Смотри, мы похожи!

Мальчишка посмотрел на женщину. Да, похожи… И волосы одного цвета, и кое-какие черты лица. Только вот имелось существенное различие.

У Лисы в родственниках явно потоптался эльф, на что указывали острые кончики ушей. У женщины же уши были вполне человеческие.

Дорн покачал головой и грустно вздохнул. Пятилетняя Лиса ещё маленькая, не понимает, что все они, приютские дети, остались без родных. Сам Дорн попал в приют, в семилетнем возрасте, когда страшный пожар унёс жизни пятнадцати человек, почти всей деревни. Мальчик тогда убежал на речку ловить мальков. Это его и спасло.

Только вот приют, в который определили Дорна, мало был похож на место, где вообще можно жить. Только и есть что стены.

– Что тут у вас? – к детям подошла самая старшая из обитателей приюта – Айрин. Ей всего тринадцать, но лишь благодаря ей дети пережили голодную зиму, когда умерла кухарка, последняя, кто хоть как-то помогал отказникам.

– Это моя мама! – вновь воскликнула Лиса.

Дорн и Айрин переглянулись. Через дикое желание иметь родителей тут прошли все.

– Дорн, помоги мне дотащить леди до дома, – вздохнув, попросила Айрин. – Может выживет. Да и нельзя вот так бросить её.

– Но нас же бросают, – горько усмехнулся Дорн.

– Помнишь, что говорила тётушка Риата? Нельзя забывать о жалости, надо помогать тем, кто нуждается.

– Хватай за ноги, – отведя взгляд, буркнул мальчишка.

Слова почившей кухарки он помнил прекрасно, только каждый раз задавался вопросом, почему же с ними поступают плохо? И почему создатель не поможет?

Да хотя бы Марку, который сейчас задыхается от кашля на чердаке?

Маленькая Лиса подобрала сумочку, которая валялась неподалёку, и побежала следом. Ей было важно проконтролировать, чтобы мамочку никто не обидел. Дорн просто глупый, не понимает, что это создатель наградил Лису за постоянные молитвы.

Вытерев сопливый нос рукавом, девочка счастливо улыбнулась. Мамочка всем поможет, потому что хорошая. Лиса обязательно попросит её принять всех отказников, ведь им тоже нужна семья. А потом обязательно найдётся папа! Не может не найтись!

– Укладывай на кровать, – пропыхтела Айлин, кивая на старую, скрипучую развалюху. Допереть тяжелое тело, да ещё и по лестницы, было слишком тяжело. Но так будет удобнее присматривать сразу за двумя больными.

Закинув ноги женщины на кровать, девочка подошла к Марку и потрогала его лоб.

– Дело плохо, – пробормотала она, почувствовав жар. – Нам бы лекаря.

– Сама знаешь, он очень дорогой, а нам нечем платить, – буркнул Дорн, укрывая гостью старым покрывалом.

– Знаю, – вздохнула Айлин и нахмурилась, когда Марк зашёлся в очередном приступе кашля.

Она думала сейчас о том, как было бы здорово, если бы найденная леди осталась с ними. Помимо больного Марка, Айлин очень переживала о последнем, самом маленьком отказнике. Новорождённого мальчика подкинули под двери приюта буквально неделю назад, но никто из детей не знал, как заботиться о таком малыше.

Айлин тоже молилась создателю, прося помощи. И нет, молила не о родителях, а всего лишь о капельке везения и будущем, где все они живы и здоровы, а погреб полон вкусной еды.

Тихий стон отвлёк девочку от страшных мыслей. Подбежав к кровати, она увидела, что гостья лежит с открытыми глазами.

– Где я? – хрипло спросила женщина, переведя растерянный взгляд с Айлин на Дорна.

– Вы в приюте “Берег надежды”, леди, – улыбнувшись, поведала Айлин.

И что-то ей подсказало, что всё у них теперь наладится.

Или это лишь пустая надежда…

Но как она греет сердце!

– Не понимаю, как можно вот так взять и перенести дату! – возмущалась Алёнка в трубку.

Я лишь усмехнулась. Подруга переживает о свадьбе дочери сильнее, чем сами молодожёны. Ну подумаешь перенос на месяц! Главное, что есть кого выдать замуж.

Подняв голову, я посмотрела на тёмные окна своей квартиры. А вот меня там никто не ждёт. Как так получилось, что в сорок лет я осталась одна? Ни мужа, ни ребёнка, ни котёнка… А ведь ещё десять лет назад всё было.

Обычная семья. Сын, любимый муж и даже Мурзик – огромный, персидский котяра. Не знала я, что всё начнётся с Мурзика, который внезапно заболеет. Ветеринары разводили руками и посоветовали усыпить, чтобы животное не мучилось.

Эту потерю мы с трудом, но пережили. Но беда не приходит одна. Спустя три месяца мне позвонили на работу и сказали страшное – муж и сын погибли в автокатастрофе, возвращаясь домой из школы.

Я плохо помню первые три года после аварии. Вроде как что-то ела, ходила на работу, плакала по ночам, думая, что больше не хочу вот так жить. Но утром поднималась и шла в библиотеку, на работу. Там отвлекали книжки.