Ненужные дети

Лиза не спешила домой после окончания уроков, как её подруги. По лестнице на шестой этаж она всегда поднималась с чувством тревоги.

Родители уже давно не ладили. Постоянные скандалы, пьяные компании в доме, музыка до утра — стали нормой. Два года подряд они отправляли её в санаторную школу на весь учебный год. Она, часто болела с детства, нуждалась в санаторном лечении и получала всегда бесплатную путёвку. В этом году, занятые своими проблемами, родители даже не смогли найти время, чтобы вовремя собрать справки и документы.

Мать лишилась работы и всё чаще впадала в длительные запои. Отец пока держался. В выходные он выпивал, а в понедельник, жалкий и измученный алкогольным похмельем, шёл на стройку.

Лиза попробовала бесшумно открыть дверь собственным ключом, в надежде, что мать, после вчерашних долгих посиделок с подругой, всё ещё спит.

Войдя в квартиру, услышала звук включённого телевизора. Заглянула в комнату.

— Привет, — мать лежала на неубранной постели и смотрела какой-то сериал.

— Что там в школе? — безучастно спросила женщина. Лиза знала, что сейчас она будет просить её сходить в магазин.

— Сходи хлеба купи.

— А ещё чего?

— Пива, плохо мне что-то после вчерашнего.

— Ну, ты же знаешь, что детям спиртное не продают.

— Попроси кого-нибудь, ради матери.

Чтобы уйти от этого разговора, который часто заканчивался скандалом, Лиза ушла на кухню.

На столе стояла неубранная посуда, но тарелки были пустыми — поживиться было нечем. На полу, возле окна, пустых бутылок было больше, чем обычно — значит и отец вчера тоже выпил немало. Сегодня, при наличии денег, продолжат. Она открыла морозильную камеру — запас пельменей закончился. Лиза заглянула в холодильник — там было пусто. Последние три яйца сиротливо лежали в лотке, в бутылке было немного молока. Девочка взяла лишь два, пожарила, на неубранных, уставленных коробками и посудой, кухонных столах удалось отыскать остатки хлеба.

Переставив часть посуды в мойку, Лиза уселась за стол и начала есть свой скудный обед, как услышала за спиной:

— Приберись тут.

— Почему я? Ты ведь дома сидишь, я только из школы — устала.

— Завидуешь? Ты же видишь в каком я состоянии.

— Так не пей и всё нормально будет.

— Ты ещё меня учить будешь? Думаешь я от хорошей жизни пью? Мала ещё матери указывать!

У Лизы сегодня и в школе был не самый лучший день. Смирнов вновь самоутверждался и набирал очки перед публикой, подшучивая и унижая именно её.

Предметом для насмешек стала её причёска. Но кому расскажешь, что дома просто не было шампуня, а денег у родителей не допросишься.

Вспоминая всеобщий смех, который он срывал в классе в качестве аплодисментов, она ещё больше злилась на мать. Быть в собственном доме, при живых родителях — золушкой — не очень-то весело. Жизнь в санаторной школе казалась ей райской, по сравнению с теперешним её положением.

Она доела яйца и ушла в другую комнату, помыв лишь свою тарелку. Она почитала историю, выучила химию, решила задачи по математике, в интернете нашла повесть, которую задали по литературе и стала читать её в телефоне — компьютера дома не было.

Вскоре шум в коридоре отвлёк её от чтения. Она лишь приоткрыла дверь — отец был сильно пьян.

Лиза вновь поспешила уединиться. Сосредоточиться на чтении, на чужих проблемах и страданиях не получалось. Своё собственное положение было слишком сложным, проблемы для двенадцатилетней девочки казались нерешаемыми.

— Почему бардак? — донёсся из кухни возмущённый голос отца, — Две бабы в доме, прибрать не могут, жрать нечего.

— Я её просила по-человечески, помой посуду. Совсем от рук отбилась. Опять в телефоне сидит, — оправдывалась мать.

— Сейчас я её воспитаю, — Лиза невольно вся съёжилась в ожидании продолжения скандала и уже пожалела о том, что не выполнила просьбу матери.

— Дай сюда телефон, хватит бездельничать, уже не маленькая, пора за ум браться, — и он выхватил телефон из рук девочки.

— Не буду, — зло ответила Лиза. Внутреннее возмущение и сопротивление несправедливости по отношению к себе, в какой-то момент оказались сильнее инстинкта самосохранения.

— Тогда и я не буду кормить и одевать тебя, — кричал гневно отец, — Убирайся вон, поищи себе других родителей, раз мы тебя не устраиваем, — он со всей силы швырнул телефон на пол. Разбиться ему не дал лишь старый потрёпанный коврик.

Лиза вскочила с кровати, схватила телефон и бросилась к выходу. Она в спешке обула кроссовки, схватила с вешалки куртку и выбежала из дому.

Она шла по улице и плакала. Что делать в такой ситуации девочка не знала. В городе жила тётка — сестра отца, но она не общалась с семьёй брата. Да Лиза и не хотела обращаться за помощью к женщине, которая, скорее всего знала, как несладко приходится племяннице с такими родителями, но помочь ничем не хотела.

Она написала сообщение Маше, которую считала самой близкой подругой. Маша сразу согласилась выйти, выслушала её слёзный рассказ и посоветовала вернуться домой и попросить прощения.

— А можно у тебя переночевать?