Нельзя

— Спи, — прошептал муж, крепко прижимая к своему обнаженному торсу.

— У меня пробежка, — ответила ему тихо, выключая будильник. — Наташка ждёт.

— Пусть одна и бегает, — буркнул Илья, уткнувшись носом в изгиб шеи. — Ей полезно. А для тебя у меня припасены другие физические нагрузки.

Умелые пальцы мужчины, ловко нырнули под резинку кружевных трусиков. Пока губы прокладывали дорожку нежных поцелуев вдоль шеи, его пальцы уверенно спускались всё ниже, до тех пор, пока не коснулись клитора, посылая сладкую дрожь вдоль позвоночника. Выгнулась игривой кошечкой и прижалась попкой к нарастающей эрекции мужа.

— Мне тоже лишним не будет… — выдохнула я шумно и развернулась в теплых объятиях супруга, провела ладонью по возбужденному члену мужа через ткань боксеров. Удовлетворенно улыбнулась, услышав низкий рокот мужчины, наслаждающегося моими легкими прикосновениями. —  …Пойти на пробежку. А у тебя есть ещё лишний час для сна.

Быстро чмокнув Илью в губы, выбралась из-под одеяла, рискуя быть пойманной его загребущими ручищами, которыми он не глядя пытался меня схватить. Подняв голову, и, сощурив глаза, супруг взглянул на часы, стоящие на тумбочке.

— Шесть утра, — протянул он отчаянно. — Ведьма.

— Меньше бубнишь — больше спишь, — напомнила я ему и прикрыла одеялом его обнаженную спину.

— Не укрывай, — запротестовал он, отбросив одеяло в сторону. — Смотри, что ты теряешь.

Повиляв попкой в черных боксерах. Плутовски улыбаясь, муж кокетливо повел бровью, но я оказалась непоколебима. Секса сегодня ночью мне хватило в оба уха с горкой.

Ещё куда бы ни шло, если бы это был наш с мужем секс, но как обычно, после полуночи к себе в квартиру заявляется новый сосед в компании очередной пассии и начинает двухчасовую оргию, во время которой девушки кричат так, что хочется вызвать либо МЧС, либо скорую, либо всех сразу.

Так было и сегодня ночью: с двух до четырех часов я смотрела в потолок, пытаясь уснуть, пока за стеной «корчилась в муках» очередная «бедняжка».

Оттянув резинку боксеров и, щелкнув ею мужа по заднице, отправилась в ванную комнату, чтобы немного привести себя в порядок, переодеться в спортивной топ, леггинсы и толстовку. Перед тем, как пойти на пробежку, заглянула в комнату девятилетнего сына Никиты и, убедившись в том, что он тоже спит, на цыпочках покинула квартиру, тихо закрыв за собой дверь.

Набрала своей подруге, с которой мы два месяца назад решили бегать по утрам три раза в неделю. В итоге, она бегает три раза в месяц, объясняя это тем, что не любит короткие дистанции и копит побольше, умирая при этом на первом же километре.

Послышались долгие протяжные гудки и в момент, когда я решила, что подруга снова всё проспала, она соизволила ответить на звонок:

— Внемлю, — осипший голос Наташи слишком очевидно свидетельствовал о том, что её ленивая задница всё ещё под тепленьким одеялом.

— Нутелла, сладенькая моя, — промурлыкала я в трубку, но ответом на мой нежный тон был тяжелый вздох и немного кряхтения на том конце провода. — Кто-то обещал сегодня со мной пробежаться.

— Я уже бегу, — ответила подруга и выразительно зевнула. — Слышишь, как шуршат мои накрахмаленные шнурочки?

— Я слышу, как шуршат твои накопленные жирочки, — усмехнулась, спускаясь по лестнице.

— Я сегодня такую убойную ночку провела, — голос Наташи становился всё бодрее. — Столько калорий на одном жеребце потеряла, что бегать сегодня — губительно для меня. Ох, подруга! — окончательно взбодрилась девушка. — Я тебе такое расскажу. Приходи ко мне в кафешку к концу недельки. Почирикаем. Опытом поделюсь.

— Каким опытом? — спросила, прикусив нижнюю губу.

— Самым сексуальным, — промурлыкала подруга, отчего я невольно улыбнулась и закатила глаза, зная, что она именно так и ответит.

— Ладно. Спи, соня.  К концу недели загляну к тебе.

— Покеда, — с облегчением ответила Наташа и бросила трубку.

Остановившись на одной из ступенек, подключила наушники сына, висящие на шее, к телефону, чтобы слушать музыку во время пробежки. Убрала телефон в карман, подняла голову и растерялась, заметив на себе пристальный взгляд голубых глаз, что смотрели на меня с легким прищуром и некоторой долей насмешки.

Новый сосед, как это частенько случалось в это время, курил близ мусоропровода, стоя в одних лишь спортивных штанах и домашних тапочках. Его торс был отлично сложен. Упругие мышцы играли под слегка загорелой кожей при каждом его движении. Не перекачанный, скорее жилистый парень лет двадцати пяти. Его руки были забиты многочисленными татуировками, что переходили и на его широкую грудь. Русые волосы были в неизменном художественном беспорядке ото сна или же от того, что ему их снова потрепала очередная пассия этой ночью.

Молча смотрела на него, внутренне решаясь на то, чтобы сделать внушение касаемо желанной тишины в ночное время. Но нужные слова отказывались срываться с языка.

Заметив мою заминку, парень вопросительно поднял правую бровь, рассеченную поперек светлым шрамом.

Выйдя из ступора, отвела взгляд в сторону окна за его спиной и надела на голову наушники сына, в которых уже играла музыка.