Нелюбовь

Литвинова Рената

НЕЛЮБОВЬ

(Отрывочные события, переживания, попытки в течение семи дней)

Ажар А-ой

C моей бабушкой случилась такая несправедливость в жизни показательная! - сказала Маргарита своему молодому кавалеру, который сидел за столиком напротив нее, сжимал ей руку, и взгляд у него был покорный. Она потрогала на ощупь его ладонь, высунула оттуда свою руку и продолжила, - в тысяча девятьсот тридцатом году она не знаю как оказалась в деревне. И ей нужно было под вечер возвращаться на станцию, чтобы успеть к поезду. Понимаешь? - она вздохнула. Глаза его не меняли своего выражения независимо от произносимых слов. - Ответь мне, - тогда он кивнул. Она отвела взгляд от него и стала рассказывать дальше. - Было уже темно, надо было ехать мимо леса. Она очень торопилась. Она была женщина обаятельная, по фотографиям. У нее было много поклонников. У нее были малиновые загадочные губы и раскосые глаза, такое белое лицо, все говорят, что она была вполне красавицей. Как на твой вкус, тебе нравятся такие? - спросила она. Тот стал раздумывать, потер себе лоб. Она не стала дожидаться, пока он придумает, она и так знала, что бабушка была красавицей. - Так вот ей дали лошадь по знакомству, чтобы она добралась до станции. Она села в повозку, она не умела управлять, но лошадь знала дорогу, и она выехала поздними сумерками, ее уговаривали остаться переночевать, она не согласилась, и с тех пор ее никто не видел, Маргарита вздохнула, припоминая лицо бабушки на фотографиях. - Нашлась лошадь и повозка, а бабушку не смогли найти. Но весной разнесся такой слух, будто в разрушенной церкви вдруг под провалившимся куполом таким островком выросла пшеница! А знаешь, был большой голод. Все туда побежали, церковь стояла у леса, заброшенная. Один крестьянин копнул лопатой... чуть-чуть, прямо в то место, откуда росла пшеница непонятная, и наткнулся на что-то твердое... Стали раскапывать, и это оказалась моя убитая бабушка, которую едва замели землей. Оказывается - ее спутали с кем-то, кто ходил и отбирал хлеб, и убили для назидания, по ошибке! А убив, разрезали ей живот и засыпали туда пшеницы, которая весной и проросла! Иначе бы и не нашли, наверно... - Рита остановилась в своем рассказе. Она потрогала свою челку, в порядке ли ее прическа. Вздохнула.

Рите было двадцать лет. У нее было еще довольно припухлое щекастое лицо. У нее была манера - хватать себя за горло правой рукой. Она немного сутулилась, говорила тонким голосом и заворачивала одну ногу за другую.

- Ты представляешь, ведь ее отговаривали, а она отвечала, нет, нет, я поеду. Это правда, что смерть зовет, - сказала она патетически так, что молодой ее Миша вздрогнул и еще сильнее задумался. - Вот мне кажется, что я буду долго жить, дольше всех, всех перехороню, или мне. кажется, ты меня заревнуешь и убьешь в спину, да? - Она шевельнула его рукой. Тот сказал ей:

- Не-е-ет!

- Бедная у бабушки судьба, - подвела итог Рита, - знаешь, какая она у нее? Как ты думаешь, какая? Нельзя определить. Просто судьбоносная судьба. Судьбоносная судьба, - повторила она. Она оглянулась вокруг, на людей, особенно ей интересны были женщины. Они сидели в фойе выставки фотографий одного известного фотографа и пили кофе. Выставку смотреть Рите было лень встать, поэтому пока для начала они пили-пили кофе до самой последней усталости, и Рита рассказывала ему свою жизнь. Миша же все осмысливал очень основательно, отвечать не успевал, поэтому только пока выразительно молчал, подперев свой нос загнутым в колечко пальцем, как на старых жеманных фотографиях подпирают подбородки. Еще он умел очень шумно и глубоко выдохнуть и вздохнуть, у него были "говорящие" круглые глаза и пухлый рот. Рита огляделась по сторонам и спросила:

- Ты бы мог ограбить квартиру? А?

- Я не люблю насилия, - сказал он, кхекнув.

- А какие это насилия? Насилие только над одной дверью, - изумилась она его моментальной трусости. Он пожал плечами, делая мудрое лицо. Она опять вспомнила про "судьбоносную судьбу" и сказала: - Никто не знает своей судьбы, да? Ведь смотреть в будущее это грех, но я думаю, себе можно что-то напророчить, и тогда это сбудется, поэтому себе не надо предрекать плохого, - сказала она ему свой опыт. - А мне все думается и думается что-то особенно трагическое... Послушай, ну что ты такой... немножко тупой? стараясь говорить ласково, спросила она и передразнила выражение его лица с толстыми губами.

- А я вовсе не тупой, - не согласился он. - Мне хорошо тебя слушать.