Некоторые вопросы авторского права

Анатолий Фёдорович Кони

НЕКОТОРЫЕ ВОПРОСЫ АВТОРСКОГО ПРАВА

Об авторском праве на письма и дневники

Статья представляет собою последние (XI и XII) разделы статьи "Авторское право" в первом томе "Нового энциклопедического словаря" Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона (СПб., 1911). Первые десять разделов написаны М.И. Бруном. В настоящем издании название статьи соответственно изменено редактором. Текст статьи близок к выступлениям Кони на заседаниях Особой комиссии Государственного Совета 27 октября, 3 и 5 ноября 1910 г. Эти выступления под названием "По законопроекту об авторском праве" вошли во второй том "На жизненном пути" (СПб., 1912).

Наши действующие гражданские законы (приложение к статье 420 первой части Х тома Свода законов), говоря о праве собственности на произведения наук и словесности, прямо относят к ним частные письма, записки и другие бумаги, очевидно считая их литературными произведениями. Подходя, в некоторых случаях, к таковым по форме, они не подходят к ним ни по цели, ни по источнику. В основе литературного произведения лежит "сочинение"; недаром и ныне действующий закон автора называет сочинителем. В это сочинение вкладываются автором совокупная работа воображения и творческого вдохновения, уменье пользоваться приобретенными сведениями, знание родного языка и т. д.; все это облекается в наиболее подходящую, по мнению автора, и наиболее действующую на читателя или слушателя форму - и в таком виде отдается на суд публики. Нельзя, конечно, отрицать, что и в дневнике могут быть лирические места, что и в письмах находит себе место смелый полет фантазии; но все это встречается как исключение и имеет, так сказать, совершенно интимный характер.

Главное содержание писем и дневников - события личной жизни и данные, почерпнутые из текущей действительности и притом, по большей части, интересные лишь для самого пишущего или его корреспондента. Если в них и встречается вымысел, то это не поэтическое творчество, а просто фактическая ложь или болезненный самообман, который психологи называют "мечтательною ложью". Если автор сочинения невольно и неизбежно представляет себе многих будущих читателей своего произведения, то автор письма думает об одном читателе и много-много - о кружке лиц, если только письмо его не представляет политического, полемического или публицистического трактата, облеченного лишь в форму письма. Отсюда интимный характер писем или чисто деловое их содержание, отсюда описание семейных радостей и горестей и всяких мелочей домашней жизни, отсюда, наконец, соображения и вычисления материального и хозяйственного свойства.

Из толстой книжки писем Тургенева можно, без всякого ущерба для содержания, извлечь maximum четыре-пять страниц, могущих остановить на себе внимание *; из фолиантов переписки Якова Грота с Плетневым можно извлечь еще меньше **; письма Достоевского, изданные и собранные Страховым, представляют непрерывную цепь забот о гонораре и об уплате мелких долгов ***.

* Имеется в виду издание: И. С. Тургенев, Первое собрание писем. 1840-1883. Издание Общества для пособия нуждающимся литераторам и ученым, СПб., 1884.

** Речь идет об издании: "Переписка Я.К. Грота с П.А. Плетневым", издана под редакцией) орд. профессора имп. Варшавского университета К.Я. Грота, тт. I-III, СПб.. 1896.

*** Письма Ф.М. Достоевского были включены Н.Н. Страховым в сборник под названием: "Биография, письма и заметки из записной книжки Ф.М. Достоевского", СПб., 1883,

Редкие вспышки юмора или какая-нибудь художественная черточка еще не дают всем этим письмам права называться литературными произведениями, подобно тому, как юмор, шутки, остроумные сопоставления, искры ума и таланта, лучи любви и пламя гнева не дают еще основания признавать простой разговор выдающегося человека за его литературное произведение вроде проповеди, речи и т. п.

Точно то же - и даже в большей мере - приходится сказать о дневниках, в которых приходится почти всегда предполагать недостоверное освещение обстоятельств действительности под влиянием мечтательной лжи или восприимчивого ко внешним впечатлениям возраста лица, ведущего дневник.

От дневников в собственном смысле надо отличать мемуары, которым лишь придается форма дневника, каковы, например, дневники Никитенко и Пирогова * или "Journal des Goncourt" ("Дневник Гонкуров" - франц.) *. Здесь в самом характере изложения чувствуется историк и бытописатель своего времени - и мелкие заметки о погоде, болезнях или мимолетных встречах тонут в ценной мозаике, изображающей жизнь современного писавшему общества и движение идей, вкусов и потребностей последнего. Если считать письма за литературные произведения и вооружать писавшего авторским правом, приходится, будучи последовательным, признать, что это право принадлежит исключительно одному писавшему и его наследникам.