Недоделанный пикап

- Слушай, если ты считаешь, что приличную женщину можно встретить в подобной дыре – я выразительно киваю головой на стену с рогами – То ты наивен еще больше, чем я и моя бабушка вместе взятые.

- Ты не слушаешь меня, доцент! – сердится Зайцев.–Мы здесь не ищем приличную женщину. Мы ищем неприличную! Для тренировки! Так сказать, попрактиковаться в полученных знаниях.

- Каких знаниях, сэнсэй доморощенный?

- Не груби, историчка! Доставай блокнот! Специально для тебя по старой дружбе проведу мастер-класс!

- Простите, профессор, забыл тетрадку дома! Можно я так послушаю?

- Так и быть, оболтус кучерявый! – соглашается друг и начинает читать очередную лекцию.

Да так складно поет, что я и впрямь заслушался.

- Значит так, запоминай! Основные принципы пикапа!

В темноте душного задымленного помещения медленно вращается зеркальный шар, кружа легкими белыми бликами по темным стенам, но агрессивные басы, льющиеся из мощных динамиков, сбивают весь романтический настрой.

Бар «На рогах» полностью оправдывает свое название. Мало того, что он находится у черта на рогах, так еще и большинство посетителей частенько пребывает в аналогичном состоянии.

Один предприимчивый дизайнер счел весьма оригинальным сделать рога основной концепцией заведения. Креативно? Да. Но вместе с тем весьма устрашающе. На обшитых деревянными панелями стенах повсюду красуются разнообразные рога животных. Вот тебе мохнатые ветви, некогда украшавшие лося. А вот, словно древо жизни, торчат острые рога оленя. Здесь и коровий череп с пустыми черными глазницами, витиеватые загогулины, некогда принадлежавшие горным баранам, сказочные рога антилопы, буйвола и даже козы.

Интерьер бара будто вырублен топором пять веков назад. Массивные  деревянные столы, темные, матовые с замысловатыми прожилками текстуры. Мощные стулья, напоминающие больше кресла викингов, и лавки с покатыми спинками. Стилизованные «керосиновые» лампы на столах дают ровно столько света, чтобы можно было видеть очертания собеседника. Тусклые деревянные люстры под потолком, сделанные как будто из колес развалившейся телеги, вовсе ничего не освещают, лишь отбрасывают мрачные тени на серый потолок. Пол устлан плиткой под потертую брусчатку. Но самое эпатажное место в этом заведении, несомненно, барная стойка.

Если отбросить декор, то представляет она из себя некое подобие стойла, добротно сколоченного из толстых досок. Потолок над баром вмещает  ансамбль приколоченных донышек винных бочек разного объема, из которых кое-где точечно поблескивают желтые светодиоды. Длинная столешница барной стойки, вмещающая человек десять, выполнена из красного гранита. Над ней на толстой перекладине расположились разнообразные чарки, кружки и кубки. А позади, на стене из красного кирпича от пола до потолка на толстых деревянных полках располагается различный алкоголь. Однако, сколько бы вы не всматривались, там не найти ни белого французского Совиньона, ни розового игристого вина, ни веселой текилы, ни, упаси боже, советского шампанского. Только жгучий абсент, едкие вермуты, да бочонки разнообразного пива и эля. Ну и еще здесь подают различные травяные чаи.

Особенно органично в этом пристанище одинокого путника смотрится бармен, а по совместительству и хозяин, и тот самый креативный дизайнер заведения. Дядя Жора – гласит его металлический бейдж. Мощный бородатый, косматый мужик, некогда накаченный, а теперь изрядно поплывший, с сильными волосатыми татуированными руками и внушительным пивным животом, на котором возлегает огромный серебряный крест на толстой цепи (на такие еще обычно сажают питбулей).

На мужчине надета черная, как ночь, футболка с изображением разинувшего пасть рогатого демона и надписью «я свободен», а также металлический шлем с коровьими рогами. Этакий русский богатырь на рокфесте, откормленный заботливой бабушкой. Но самое необычное в образе бармена – это выражение лица – мягкое, расслабленное, добродушное и спокойное. Всем своим видом мужчина показывает, что занимается любимым делом и каждую минуту получает от жизни удовольствие.

Здесь не готовят еду – только суровые закуски. Соленый сыр, сухая рыба, фисташки, всевозможные сухари и подобная снедь из пакетов. По залу порхают две официантки – сестры Дорожкины, которые при необходимости могут побыть заодно и вышибалами, потому как помимо работы любимое увлечение крепких сестер дзюдо и вольная борьба. Делая заказ, посетители, особенно постоянные, никогда не заигрывают, ведут себя вежливо, говорят «спасибо» и «пожалуйста», а также всегда улыбаются, глядя в суровые лица Дорожкиных Глафиры и Агриппины, на металлических бейджиках которых обманчиво ласково значится Глаша и Груша.