Нечего терять

Над заливом тускло румянилось бледное мартовское солнце, похожее на громадный желтый круг. Его контуры словно были выгравированы на фоне поглощающего все тумана.

Молодая женщина стояла у окна в крошечном кабинете и пристально смотрела на улицу, наблюдая, как утренний туман, плывя над городом, белым саваном окутывает высокие дома.

Через открытую дверь доносился знакомый больничный шум: звук тележки, катящейся на роликах вниз по коридору, приглушенный звонок, вызывающий врача, тихие разговоры, скрип обуви на резиновой подошве по глянцевому линолеуму. И эти запахи! Острые ароматы дезинфицирующего средства, эфира, спирта, перекиси водорода — всего того, что, смешиваясь, создает неповторимую больничную атмосферу, которая пропитывает вашу одежду, волосы, кожу.

— О, так рано, а ты уже здесь!

Линда повернулась и улыбнулась только что вошедшей и снимающей пальто Джейн.

— Ты тоже ведь уже пришла. Я только что собиралась просмотреть твою почту, но впала в какую-то задумчивость. — Она глубоко вздохнула. — Этот туман явно обладает гипнотическими свойствами, если достаточно долго и пристально смотреть на него.

Джейн уселась за стол, на котором в беспорядке были разбросаны бумаги, и резко взглянула на подругу своими проницательными бледно-голубыми глазами поверх стальной оправы очков.

— Что-то не так?

— О нет, — поспешно уверила ее Линда и улыбнулась. — Я только испытываю некоторое беспокойство. Хотя мне всегда нравилась эта весенняя пора в городе.

Пожилая женщина, ворча, склонила голову над кипой писем на своем письменном столе и, выбрав одно, начала разрывать конверт. Пока Джейн читала, Линда снова вернулась к окну. Подходило время обхода больных. Встреча с одним из пациентов обещала быть трудной. Девочка была очень напугана болью, и эта боль была неизбежна, пока ее сильно покалеченная рука не приобретет былую подвижность.

— Да, — сказала Джейн. — Здесь есть кое-что для тебя, и ты можешь этим гордиться.

Линда повернулась.

— В самом деле? Что же это?

Джейн протянула ей письмо.

— Помнишь запрос на врача, который я получила несколько дней назад от миссис Леонард? Я рекомендовала тебя, моя дорогая, и она согласилась побеседовать с тобой о работе.

Линда взяла письмо и взглянула на него. Оно было коротким, без лишних слов и по существу. Миссис Леонард ничего не обещала, но хотела бы встретиться с ней до того, как примет какое-либо решение. Девочка, о которой упоминалось в письме, была прикована к инвалидной коляске, и какого-либо заметного прогресса в ее состоянии не наблюдалось, несмотря на то, что по прогнозам медиков она должна была уже ходить. К письму прилагалась длинная выписка из истории болезни.

— Ну что? — сказала Джейн. — Что ты думаешь об этом? Мне представляется, что это имеет к тебе непосредственное отношение, с тех пор как твоей специальностью стала работа с детьми. Мне иногда кажется, что ты способна делать чудеса, а здесь как раз такой случай.

Линда улыбнулась и отдала письмо обратно.

— Надеюсь, ты не сказала этого миссис Леонард? По тону, в котором выдержано письмо, можно заключить, что она не удовлетворится чем-либо, меньше чуда.

— Верно, — согласилась Джейн. — Но если ты прочтешь внимательнее, то между строк почувствуешь безнадежность. В любом случае, не хотела бы ты взяться за это дело?

Линда колебалась, обдумывая слова Джейн.

— Не совсем уверена. Как я поняла, предполагается, что врач будет жить в ее доме до тех пор, пока девочка не встанет на ноги. Это может продлиться недели, и даже месяцы. Я не хотела бы оказаться в подобной ситуации.

Джейн понимающе улыбнулась.

— Почему? Чтобы не расставаться с Ричардом на длительное время? Боишься, что другая женщина завоюет его сердце, и ты не сможешь защитить свои интересы?

Линда изумленно посмотрела на нее широко открытыми глазами.

— Вовсе нет. Что заставило тебя подумать так? На самом деле я хочу, чтобы он нашел кого-либо, кто бы мог действительно оценить его.

— Но и ты хотела бы найти такого человека?

— Конечно, хотела бы, — поспешно заверила ее Линда. — Но Ричард замечательный человек, прекрасный доктор. Если бы не он, я до сих пор лежала бы на больничной койке. И твоя заслуга в этом тоже есть. Я благодарна вам обоим.

Пожилая женщина покраснела.

— Глупости! Мы всего лишь выполняли свою работу. Я только не могу понять, почему ты не ухватилась за него. Ведь ясно, что он влюблен в тебя.

— Джейн, я не могу объяснить этого. Когда умер Ник, во мне словно что-то оборвалось. Не думай, что я не благодарна за все, что ты для меня сделала, — добавила она быстро, — помогла встать на ноги и предоставила работу, когда я очень нуждалась в ней.

— Но ты все еще горюешь о своем муже, не так ли?

Линда нахмурила брови.

— Нет. Не совсем так. Я считаю… я думаю, что примерилась с фактом его утраты. Жизнь продолжается, и я довольствуюсь только этим. У меня есть работа, и я рада иметь такого друга, как Ричард. Я бы желала любить его, но это выше моих сил. — Она улыбнулась. — Может, сделаться более чувствительной?