Не всерьез

Первая и единственная

Канун Нового года для магазина подарков – это апокалипсис. Сей факт подтвердит вам любой человек, работающий в магазине подарков. Серьезно, толпы людей, которые не знают, чего хотят конкретно, очень утомляют, особенно, когда после пятнадцати минут мучительного выбора нужного товара, начав с дорогущего чайного сервиза, клиент приходит к выводу, что ему нужна «во-о-он та досочка за сто пятьдесят и полотенчико еще во-о-он то. Нет, упаковывать не надо, это дорого слишком!».

Нет, в принципе, я люблю свою работу, да я и к людям отношусь лояльно. По крайней мере, мне не хочется их убивать, ну, в обычное время. Но все эти толпы…

Да-да, думаю, вы уловили мысль.

В общем, к тридцать первому числу мое настроение уже успело упасть до того критического уровня, когда, демонстрируя набор ножей, ладонь сама собой тянется и сжимает рукоять. Достаточно опасная ситуация, однако при этом все равно приходилось улыбаться.

Улыбаться нужно было всегда, а в такую пору, когда помогать нам, простым смертным, выходила сама владычица царства китайских шкатулок и вонючих свечек, это нужно было делать с удвоенной силой. И совершенно неважно при этом, что у тебя случилось в жизни. Метеорит в машину попал, инопланетяне всю ночь спать мешали. Неважно.

Что уж говорить о банальном расставании с парнем (мы с ним всего лишь два года встречались, какая мелочь), резком повышении арендной платы (кажется, хозяйка хотела на новогодний ужин купить икру. Черную) и содранном лаке (вот тут вообще обидно вышло, чертовы игрушки на батарейках).

В общем, все внутри меня просто вопило о том, что раз уж началась череда неприятностей, то самое время забиться в угол где-нибудь у батареи (там тепло), вооружиться бутылкой вина и затаиться до наступления лучших времен от греха подальше, пока неприятность посерьезней не угодит прямо по голове.

Но вместо этого я стояла и улыбалась. О, я очень широко улыбалась. Запомните золотое правило, не дай бог понадобится: не хочешь лишиться премии и повышенных процентов перед праздниками – улыбайся.

- Добрый день, я могу вам чем-нибудь помочь? – на автомате, смотря куда-то перед собой, даже не пытаясь рассмотреть очередного добытчика странного вида вазочки или еще куда более странной статуэтки (ну, это если учитывать вкусы последних клиентов), проговорила я.

- Лера?

Взгляд сразу сфокусировался. Точнее, не так. Сфокусировался, резко расфокусировался, потом перед глазами большими красным шрифтом мелькнула надпись «Внимание!» на нескольких языках мира, и лишь после этого, моргнув, я четко увидела перед собой мужчину, видеть которого в мои планы совершенно не входило. Вот вообще. Абсолютно.

Что я там говорила про вино и батарею?

- Привет, Игорь, – ответила равнодушно, ведь ничего сверхъестественного не произошло.

- Не ожидал тебя здесь увидеть.

Я, блин, тоже! Не надеялась, я бы даже сказала.

Почувствовав на себе взгляд владычицы, поспешила вернуть улыбку на ее законное место. Не хватало еще премии из-за Ветрова лишиться. Хотя теперь уже ничего нельзя было исключать. Даже внезапная мимолетная встреча с Игорем могла привести к катастрофическим последствиям.

Он всегда врывался в мою жизнь, как ураган. Шторм, смерч, цунами. Как угодно назовите, настоящее стихийное бедствие, и не было ни малейшей надежды, что и сейчас обойдется без жертв.

Все началось еще очень давно. В первом классе, если быть точной. Первого сентября, если быть совсем точной.

Вы хорошо помните тот день, когда впервые пересекли порог школы? Лично я – очень. Просто реально сложно забыть, когда вместе с милейшим получением «Букваря» бонусом ты отхватываешь по лицу букетом гладиолусов. Случайно, естественно, чисто случайно.

Так в моей жизни появился Игорь. Мой первый сосед по парте, мой одноклассник, невыносимый раздолбай и крупнейший на свете генератор проблем на задницы. Свою и окружающих. Последних, само собой, больше. Значительно больше.

По несчастливому стечению обстоятельств я входила в его круг общения, достаточно близкий круг. Стоит ли говорить о том, что мои школьные годы были чертовски занимательными? Как для меня, так и для родителей. Особенно они оценили тот момент, когда к нам домой внезапно заглянул дяденька милиционер. А я ведь предупреждала Ветрова, что разбитое окно в школьной столовой, спертый бюст Пушкина и разрисованный портрет основателя школы кто-нибудь да заметит.

Вы вполне резонно можете спросить, почему я не перестала общаться с ним? Не могла. Глупо звучит, но это действительно так. Несмотря на все недостатки, Игорь был невероятно обаятельным человеком. Он словно притягивал к себе окружающих, располагал, с легкостью заставляя принять свою точку зрения, на него невозможно было злиться долго.

А еще он был моей первой любовью. Знаете, той самой, дурацкой школьной. В моем случае так просто идиотской. Возможно, именно из-за того, что исчез сразу же после выпускного. Ну, после того совсем не знаменательного дня, когда мы впервые поцеловались.