( Не) верный муж (СИ)

Мария

Читаю сообщение от мужа: «Зайди в мой кабинет».

«Ок», — отвечаю ему.

Зачем я ему понадобилась? Знает ведь, что занята.

Включаю в телефоне фронтальную камеру, быстренько поправляю русые кудри. Столько укладывала их с утра, а толку ноль — торчат как попало. Оно неудивительно, учитывая, сколько мне пришлось побегать по дому.

Сегодня день рождения дочки, и у нас настоящий дурдом «Ромашка». Последние часы я рысью носилась из кухни в гостиную, чтобы подготовить все к празднику.

Кладу телефон на стол, подхватываю блюдо с пирожными и спешу в гостиную.

Вообще-то, дорогой муженек мог бы и сам спуститься. А то закрылся в кабинете со своими бумагами, и как будто его тут нет вообще. Может, что случилось?

В дверях кухни я натыкаюсь на сына.

Мой черноволосый черноглазый Давид — копия папы, даже хмурится, как мой муж Айк.

— Мам, там одна мелкота, я не хочу сидеть с пятилетками. Аниматор тупой…

Ну да, ну да, девятилетнему мальчику детский праздник не очень интересен.

Все же прошу ласково:

— Давид, у твоей сестры день рождения. Побудь с ними немного, а завтра вместе сходим в кино. Договорились же…

Сын кривит губы.

Ему моя просьба поперек горла. Упрямый, и этим он тоже в отца.

— Ну Давидик, золотко мое, побудь с сестрой, я прошу, она тебя так любит…

С этими словами перекладываю блюдо с пирожными в одну руку, а второй обнимаю сына за плечи, пытаюсь поцеловать в щеку.

Он тут же морщится, смотрит на меня с осуждением.

— Мама, я уже взрослый, не целуй меня!

Он говорит это и спешит вернуться в гостиную.

Вот так, уже взрослый, уже вырос настолько, что достает мне до подбородка, и уже «мама не целуй». А кажется, еще недавно был крохой, моим сладким, нежным Давидиком. Я родила его в восемнадцать, это произошло почти десять лет назад, а кажется, будто вчера. Как быстро летит время…

Так, некогда поддаваться ностальгии.

Спешу в гостиную вслед за сыном. Вскользь отмечаю, что он послушно уселся возле сестры и смотрит, как аниматор показывает фокусы со шляпой и живым кроликом.

Быстренько водружаю принесенное блюдо на стол, где уже стоит множество угощений.

Хозяйским взглядом осматриваю просторную, украшенную разноцветными шарами гостиную.

Маленькие гости с мамочками прилипли взглядами к аниматору. Вот и отлично.

Никем не замеченная, выскальзываю из комнаты.

Спешу к лестнице второго этажа.

Витая, с деревянными перилами, она ведет прямиком к дверям нашей спальни. Детские комнаты чуть поодаль, а кабинет мужа — в самом конце широкого коридора.

Туда и направляюсь.

Обычно я стучусь, чтобы, не дай бог, не потревожить супруга и не нарваться на его недовольный взгляд. Но ведь Айк сам меня позвал, поэтому не соблюдаю этот ритуал, тихонько открываю дверь.

И застаю такую картину, что мне резко плохеет.

Передо мной двое — мой Айк и его секретарь, Ве-е-ерочка…

Они стоят ко мне боком и даже не замечают, что уже не одни.

Мой высокий статный муж с довольным видом расстегивает ремень, а Вера уже на коленях, уже облизывает свои накачанные гелем губехи, видно в предвкушении. Она убирает назад длинные черные волосы, собирается сделать ему…

Это какой-то кошмар из параллельной реальности.

— Ты зачем меня позвал? Чтоб я посмотрела, что ли? — кричу на выдохе.

Эти двое наконец оборачиваются.

— О-о, — картинно тянет Вера и встает с коленей, поправляет коричневое платье.

Айк быстро застегивает ремень, сверкает черными глазами и недовольно рычит:

— Ты почему заходишь без стука?

От его вопроса у меня лезут на лоб глаза.

— Серьезно? Это все, что ты можешь мне сейчас сказать?

Айк буравит меня гневным взглядом, потом поворачивается к Вере:

— Иди, ты мне сегодня больше не понадобишься.

Секретарь тут же хватает со стола портфель и уносится в коридор, усиленно пряча взгляд. При этом чуть не сбивает меня с ног.

А у меня в мозгу все крутятся его слова «Сегодня не понадобишься». Значит, завтра продолжат, что ли?

— Зайди, — требует муж и шагает в мою сторону.

Наверное, впервые за десять лет нашего брака я его не слушаюсь.

Стою как приклеенная, пытаюсь прийти в себя.

— Зайди, сказал, — гаркает он, уже почти подойдя ко мне.

От его грубых слов у меня будто включается мозг и восстанавливаются двигательные функции.

Разворачиваюсь и на полной скорости мчусь к лестнице.

— Мария, стой! — кричит он мне вслед.

Не слушаю его, продолжаю бежать.

Но я на каблуках, так особо не побегаешь. А он — быстрый, тренированный, к тому же значительно выше ростом. Догнать маленькую меня для него не проблема.

Слышу его шаги за спиной и очень скоро чувствую его стальную хватку.

Он цепляет меня за плечо, а потом обхватывает другой рукой за талию, прижимает спиной к себе.

— Что за цирк? Успокойся. — Его голос почти ровный, почти такой же, как всегда.

— Не трогай меня! Не смей! — цежу сквозь зубы, в попытке освободиться.

Айк резко поворачивает меня к себе, припечатывает к стенке.

— Ты что так взбесилась? — спрашивает он недовольно.

Смотрю на него и не верю. Он правда не понимает?