Не такие, как все

«Нет, это все-таки свинство — звонить в такую рань и не давать людям спать! Ну ладно, допустим, обычно люди все-таки встают несколько раньше, чем в два часа дня, так что звонить им в это время вполне нормально. Но мои-то знакомые, кажется, должны были уже выучить, что в выходные я сплю! Столько, сколько мне хочется! И будить меня телефонным звонком — крайне неблагодарное и нездоровое занятие!!!»

Тонкая, пожалуй, даже немного костлявая женская рука дотянулась до трезвонящего телефона и сняла трубку:

— Слушаю! Светлана, ты, что ли? Светик, солнышко, я тебя просила не звонить мне утром? Просила?! И ты мне обещала этого не делать?! Да, я знаю, что сейчас уже не утро! Но я тебя, кажется, по-хорошему просила!..

— Марти! Чернышева! — нервно, почти истерично вскрикнули на другом конце провода. — Это очень важно! Скорее, уходи из дома!!!

— Что за..? — свободной рукой девушка протерла глаза, пытаясь окончательно проснуться и понять, что такого могло случиться за то время, пока она спала.

— Марти, я потом тебе все объясню, а теперь, пожалуйста, убегай!!! — теперь в голосе подруги явно слышались слезы. — К тебе сейчас придут! Нас всех сегодня следователь допрашивал!

— Какой еще следователь? Кого допрашивал? — девушка помотала головой, соображая, какие ужасные преступления она могла совершить в последнее время. Ничего страшнее безбилетного проезда в трамвае и списанной контрольной в швейном техникуме припомнить не удалось.

— Марти, миленькая, я тебе все объясню, только не по телефону! Его, наверное, уже прослушивают! Беги скорее в парк, на наше любимое место, поняла?

В трубке запищали короткие гудки, и Марти медленно положила ее обратно на рычаг. Сладко, с удовольствием зевнула и потянулась. Зараза Светка, такой приятный сон не дала досмотреть! Но что все-таки с ней могло случиться?

Продолжая зевать и вспоминать только что снившийся сон, девушка потащилась в кухню и, почти не задумываясь над тем, что делает, сварила себе чашку крепкого кофе. Это всегда помогало ей проснуться и сосредоточиться в те дни, когда раннего подъема было не избежать. Или когда ее будили вот таким вот неожиданным образом.

Помогло и теперь — уже после нескольких глотков Марти была в состоянии логически обдумывать то, что услышала от приятельницы. Но толку от этого было немного: она по-прежнему не понимала, из-за чего ее более, чем скромной персоной могла заинтересоваться милиция или любые другие «компетентные органы». Образ жизни она вела вполне законопослушный. И знакомые у нее были, в общем-то, приличные люди — Марти бы очень удивилась, если бы кто-то из них оказался замешанным в какую-нибудь уголовщину. Конечно, в жизни бывает всякое, но…

Впрочем, даже если допустить, что один из ее друзей или просто сокурсников вляпался во что-то неприятное, непонятно, почему девчонок в общежитии расспрашивали именно о Марти? Хотя, зная Светлану, можно предположить, что о ней задали всего пару вопросов — скажем, поинтересовались, кто она такая и где живет, чтобы потом допросить ее, как свидетеля. А Светка, как всегда, все преувеличила и решила, что Марти была соучастницей в какой-нибудь афере и что теперь ее собираются арестовать. Ну конечно же, именно так все и было! Ох, подружка, до чего же ты любишь разводить панику на пустом месте!

Марти залпом допила остатки кофе, вернулась в комнату и принялась торопливо одеваться. Преувеличила Света опасность или нет, а встретиться с ней действительно надо поскорее, а то решит, что Марти уже поймали, осудили и отправили «мотать срок». Еще, чего доброго, поминки по ней организует — с нее станется!

Девушка усмехнулась, но вдруг поняла, что придуманная ею версия событий все-таки выглядит не очень правдоподобно. Да, ее самая давняя подруга всегда была паникершей и умела без особых усилий сделать слона из мухи. Но все-таки слона, а не синего кита, или кто там у нас самое большое в мире животное? Не стала бы она так пугаться и плакать только из-за того, что следователь расспрашивал ее о Чернышевой в связи с чьим-нибудь преступлением. Безусловно, она бы позвонила и наверняка говорила бы очень взволнованно, но разговор бы начала не с требования «скорее убегать из дома», а с рассказа о том, кто из их знакомых попал в милицию и в чем его подозревают. Она же кричала о том, что за Марти прямо сейчас должны прийти «откуда следует», как если бы ее саму в чем-то обвиняли.

Получалось, что их со Светкой знакомые все-таки люди порядочные и законопослушные, но, возможно, кто-то из них сам стал жертвой преступления, и Марти по каким-то причинам оказалась главной подозреваемой. И случилось, по всей вероятности, что-то серьезное, иначе откуда эти измышления о прослушиваемом телефоне и слежке за общежитием?