(не) получишь меня, Дракон! 2 (СИ)

“Я этого не загадывала!” — проносится в моей голове, когда я вспоминаю яркий кристалл, мелькнувшую мысль-желание.

Но ЭТО я точно не просила!

Обнаженный по пояс мужчина, вошедший в комнату в клубах пара, поворачивается спиной и отходит в угол к зеркалу. Стараюсь не шевелиться, чтобы он меня не заметил.

Широкие плечи, четко очерченные мышцы, перекатывающиеся при каждом движении, большие ладони, вытирающие полотенцем темные влажные волосы… Кажется, все мое внимание сосредотачивается на небольших наглых капельках воды, которые срываются с кончиков, скользят по загорелой коже, преодолевают рельеф мускулатуры спины, чтобы впитаться в пояс на серых свободных льняных штанах.

Зажмуриваюсь, закусываю губу и заставляю себя снова посмотреть на мужчину. Чтобы хотя бы понять, кто это.

Но еще до того, как я присматриваюсь не к спине и тому, что там пониже, а к лицу в зеркале, у меня в голове проносятся последние мгновения перед тем, как я отключилась.

“Я скучаю по тебе”...

Я. Это. Сказала… ТАКЕРУ! Мамочки!

И да… Полуголый мужчина с потрясающей фигурой у зеркала — никто иной, как Такер. Кажется, я краснею до самых кончиков ушей. Какой кошмар.

Еле-еле сдерживаю громкий “ох”, а потом до меня доходит еще одна “потрясающая” мысль: я не в своей форме. Я в рубашке. В белой тонкой, мягкой рубашке Такера, окутывающей меня ароматом кедра с незначительной примесью перца.

Какого лешего вообще? Я не могла, даже если учесть то, что я была в несознанке, я не могла. Не могла же?!

Такер заканчивает вытирать волосы, но все еще не поворачивается, отходя к шкафу и отгораживаясь от меня открытой дверцей.

Голова трещит, тело, будто по мне вчера все топтались, но задерживаться здесь я не собираюсь. Если еще не сгорела от стыда, то в тот момент, когда взгляну в глаза Такера, это точно произойдет. Какого он теперь обо мне мнения будет?

Да какого я уже сама о себе мнения?!

Неважно, надо сначала вернуться к себе, а потом сокрушаться. Чёрт, а что я Силане скажу? Ушла ненадолго…

Оглядываю уютно обставленную спальню и нахожу глазами дверь. Вот и выход! Своих вещей я в комнате не вижу, но есть надежда, что они где-то за дверью. Иначе даже не знаю, что делать.

Отыскиваю глазами Чернушку, которая сладко посапывает у меня в ногах, и легонечко пихаю ее. Она открывает сначала один глазик-бусинку, потом второй и, такое ощущение, что хмурится.

Киваю ей на дверь, намекая на то, что нам надо бы побыстрее убираться отсюда. Она демонстративно закрывает глаза и устраивается поудобнее. Эй! Так нечестно!

— Пст! — шепчу я ей, снова потихоньку пихая. — Идем!

Она тихо ворчит, но все же просыпается и потихоньку начинает перебираться через складки на одеяле к краю кровати. Я тоже медленно, очень медленно подползаю туда, спускаю ногу, чувствуя, как пальчики утопают в высоком мягком ворсе ковра.

— Если ты думаешь, что я не знаю, что ты уже проснулась, ты зря так думаешь, — раздается из-за двери шкафа бархатистый голос Такера.

Черт!

Я тут же поднимаю ногу обратно на кровать и натягиваю одеяло до самого подбородка.

— Профессор Такер… — хрипло произношу я, пытаясь подобрать слова для…

А для чего? Оправдаться? Возмутиться?

— Думаю, что после случившегося можно уже перейти на “ты”, — усмехается этот невыносимый дракон. — Джеральд.

Я не совсем вникаю в его слова, потому что как раз в этот момент он закрывает дверцу шкафа и смотрит на меня своим пронзительно-синим взглядом. А еще поворачивается ко мне лицом, натягивая рубашку, отчего мне прекрасно становится видна тренированная грудь и практически совершенный рельеф пресса.

Ни единого лишнего грамма жира. И не просто раскачанный, как бывает у тех, кто проводит часы в тренажерном зале, не-е-ет… Такой пресс бывает только у тех, кто тренирует не только силу и объем, но еще и ловкость, гибкость…

— Что?..

— Это мое имя, Джеральд, — со смешком уточняет он.

Это выводит меня из состояния ступора, и я поднимаю взгляд на лицо Такера. Довольное такое, ухмыляющееся. Ловлю себя на том, что чуть было не представилась сама.

— Я не про это. Что… было? — сама не знаю, как произношу это, потому что мне до чертиков страшно узнать о себе неприличное и новое.

Это тогда, в другой жизни у меня были близкие отношения с Роем, консумированный, как он выражался, брак. А тут… Я же все еще…

— Ну… Я даже не знаю, с чего начать, Ева, — на лице Такера появляется ухмылка, но глаза остаются серьезными.

Кажется, будто он меня специально провоцирует, чтобы увидеть реакцию. А какая у меня может быть реакция?! Я не пойми где, не пойми в чем и вообще не помню, что было накануне.

— Может, это ты мне расскажешь, что произошло? — Такер застегивает рубашку и берет со спинки стула брюки. — Каким образом ты очутилась в моей комнате?

Если его одежда тут. То где моя?

— Я… Не помню, — хмурюсь и оглядываюсь по сторонам в поиске одежды.

— Ищешь одежду? — продолжает провоцировать Такер. — Не ищи. Я ее на тебе уже не видел.