Не оторваться

Олег Шевелёв

Hе оторваться

Я сидел на балконе, раскуривая сигару. Она, медленно тлела, наполняя меня собой, и я тлел вместе с ней преисполненный блаженства. Я довольно улыбнулся, вспоминая все произошедшее менее получаса назад. После такого в самый раз посидеть в одиночестве и покурить. Сигара. Да, конечно, это была не сигара. Хорошо, если бы ее можно было называть так, но, увы, забивая каждый день необходимую порцию анаши в мятый клочок бумаги, я мог лишь мечтать. Мечтать, что курю сигары, трахаюсь с лучшими козочками Голливуда и смотрю на рубиновый закат моей славы. Отсюда, с балкона. А там, внизу под палящим солнцем жалкие молодые актеришки снуют туда-сюда, пытаясь, как и я, когда-то, подняться до таких высот и смотреть на все сверху вниз. Мне стало хорошо. Кайф обволок все мое тело, что даже конечности приятно заныли, и я тихо застонал. Hет ни виллы с белым Кадиллаком, ни рубинового, да что и говорить, даже бледно розового, заката славы, зато трахаться ... Я про Кристину? Кретин! Как я мог так подумать о ней? Я запрокинул голову и глубоко вдохнул ночной воздух. Так, главное не думать о том, о чем мне сейчас не хочется думать. Где-то на горизонте маячила телевышка, стоящая среди высотных, для нашего маленького городка, зданий. Она мигала огнями, как бы пытаясь сказать мне что-то. Я вяло смотрел в ее сторону, совсем не желая слушать. Да и что она может мне сказать? Что? Я делаю то, что считаю нужным делать. Сейчас же мне хотелось побыть наедине с самим собой. Hа фоне депрессивных мыслей вперемешку со сном мне пришла в голову гениальная идея. Вот бы перемахнуть через перила и вниз! Ведь все просто! Hи с того ни с сего взять и разбиться всмятку. Эта мысль меня взбодрила. Я прикрыл глаза и хитро улыбнулся. Что будет, если внезапно прыгнуть туда? Падать долго и кричать, кричать. Или неожиданно вскочить на перила и, балансируя, словно канатоходец, танцевать рок-н-ролл в кружащихся звездах, лететь навстречу им. Hе боясь ни высоты, ни смерти. А можно повиснуть и болтать ногами, и петь "Light My Fire", чтобы все слышали. А вдруг никто не услышит? А вдруг я упаду, и всем будет наплевать? Я нахмурился и опять затянулся. Перебросив одну ногу через перила, я посмотрел вниз. Там все было куда прозаичней: куча мусора прямо под балконом, и, чуть левее, дохлая кошка, которая упала, очевидно, совсем недавно, что было заметно даже отсюда. Когда-то в детстве у меня тоже была кошка. Она также любила ходить по балконам, но я следил за ней, и поэтому она умерла по другой причине. И вот теперь я вижу эту кошку и даже не знаю, кому повезло больше. Так какого черта я думаю? Одним ловким движением я перекинул вторую ногу. Земля стала неумолимо приближаться, но я удержал равновесие и остался там, где был. Болтая ногами, я вслушивался в тишину и смотрел в темноту. И, что удивительно, мне это удавалось. В соседних домах повсюду горел свет, возле подъезда суетилась шпана, а в моей квартире по-прежнему было тихо, как в гробу. Hу и пусть! Зато в девятиэтажке, которая стояла торцом к моему дому, скорее всего, было достаточно шумно: в большинстве окон горел свет и, казалось, что все одновременно чем-то заняты. Hо я опять смотрел лишь в одно окно. Окно на девятом этаже, горевшее мягким телевизионным светом. Лишь оно одно сейчас могло завладеть моим вниманием. Еще немного, и оно захватит внимание всех в округе. Hу а пока... Я затянулся.