Не открывай глаза

Когда вы держите и мучаете болью,

То вас скорей устанут так любить,

Они уйдут за новою любовью,

А вы их разве сможете забыть?!

* * *

Один оборот. Хм. Значит, он дома.

Тихо открываю дверь, не хочу испортить сюрприз.

Меня не было неделю – гостила у подруги на даче. И хотя исправно звонила каждый день, он не знает, что я должна приехать сегодня.

Я дома. Зеленые стены коридора всегда действовали успокаивающе. Я сама выбирала обои.

Тихо кладу сумку на пуф и скидываю балетки. Еще очень рано. У меня есть время, чтобы приготовить завтрак. Блинчики с деревенским медом, ему точно понравится. Он же у меня сладкоежка.

Из комнаты раздался стон. Женский.

Я замираю, сердце начинает быстро колотиться. Он привел к нам домой женщину? Зная, что я вот-вот вернусь? Поправочка, он не знает, что я должна была приехать сегодня. Что ж сама виновата, нужно было думать головой, прежде чем уезжать.

На пороге его комнаты я замираю. И сердце останавливается.

Кровать в беспорядке. Он лежит на спине, откинувшись на подушки, а на его бедрах, изогнувшись, сидит девушка.

Она красивая, очень красивая. Брюнетка с короткой стрижкой. Потрясающее тело, стразу видно упорную работу в тренажерке. А почему она еще в белье? Черт, а ведь бельишко еще лучше, чем она сама.

Перевожу взгляд на него. Сердце, наконец-то, начинает стучать быстрее. На такого мужчину можно смотреть вечно. Мне, по крайней мере.

Он выглядит молодо, лет на 30-35, хотя я прекрасно знаю, что ему намного больше. Волосы обалденного соломенного цвета, с едва заметной золотинкой, мягкие, свои, настоящие. Уж это-то я знала точно. На его тело пускала слюни не одна девушка, и тут дело было, конечно же, в постоянных занятиях спортом. При росте сто семьдесят пять, он может и не походил на модель, но определенно мог составить конкуренцию этим слащавым мальчикам.

Он обнял ее и провел руками по спине, обрисовывая костяшки.

Вот же черт. Выглядело бы это эротично, если бы не было так противно.

Да, я расстроилась, а кто бы на моем месте не расстроился?

Я легко стукнула костяшками пальцев в косяк двери. Странно, но звук прозвучал оглушительно громко. Что-то нервы стали ни к черту. Права Верка, нужно лечиться, а то психушка по мне плачет, гостеприимно раскрывая двери по понедельникам.

Девушка взвизгнула, скатываясь с него и прикрываясь простыней.

– Паша, кто это? – о, боже, сколько возмущения в голосе, как будто я им помешала. Ах, да, я же и правда помешала.

В голове стало неожиданно легко, в душе проснулся азарт. Я была бы не я, если бы не устроила какую-нибудь пакость.

Состроив недоуменную мордашку, повторила вопрос брюнетки.

– Паша, а кто это?

Идеально, никакого раздражения, только легкое непонимание ситуации. Много раз говорила ему, во мне умирает гениальная актриса.

– Па-паша?

Перевожу на него взгляд и понимаю, что ему жуть как интересно, что будет дальше. И никакого смущения, словно и не его застали в такой компрометирующей ситуации. Ай-ай-ай, нехорошо! Лишь поднял бровь, как бы спрашивая, что я буду делать дальше.

Это вызов? Точно вызов! Ну, посмотрим…

Он подмигнул мне! Нехорош-ший человек!

Я перевела взгляд на брюнетку. Где-то я ее уже видела. Точно! Это же она приставала к нему в клубе, когда мы справляли мое совершеннолетие. А говорил, что она ему не понравилась. Врал! Вот ведь… Да я с ним разговаривать перестану! Врун, самый настоящий врун!.

А вот брюнеточка уже оправилась от шока.

– Паша, почему к тебе вваливаются какие-то… какие-то… Кто она вообще такая? – о, вот и голосок окреп. – Выгони ее вон, ты же знаешь, как я не люблю, когда нам мешают. Тем более, когда мы у нас дома.

У нас? Она сказала, у нас? По-моему, у меня начал дергаться глаз.

– Милая, как-вас-там, не знаю, что этот кобель вам наплел, но это мой дом, и он здесь проживает с моего разрешения. Он не говорил, да? На него это очень похоже. И вообще, – я сложила руки перед собой на груди и начала играть широким обручальным кольцом на безымянном пальце, снимала и одевала его так, чтобы она точно заметила.

О, и она заметила! В глазах красоточки появилась злость, но она видно решила для начала все выяснить сама.

– Паша, кто она? – заискивающим голоском произнесла она.

Сразу видно, теперь боится сказать лишнего, вот и ластится к нему. Да-да, попытайся, но судя по всему, ничего у тебя не получится. Не нравишься ты мне.

– Это моя, – с усмешкой начал он, но я перебила.

– Жена.

Не скоро я забуду это выражение! Причем на обоих лицах. О, да-а-а! Вот так-то, всяких баб он водить в дом удумал!

Брюнеточка отмерла первой и набросилась на него, прижимая к груди край простыни. От кого она там что-то скрывает? Мы ж оба уже все видели, а он еще и пощупать успел.

– Ты мне врал! Ты… ты женат! А я, я думала… у нас ведь столько общего!

Общего, конечно. Крошка, ты на пару лет всего старше меня, что у вас может быть общего? И так всем понятно, что решила богатенького папика отхватить. Не на того напала, я за свое еще поборюсь! Да и ему ты не больно-то нужна.

– Ева, послушай, – отмер он, наконец. – Я ведь тебе сразу сказал…