Не отдавай меня ему

Марат

– Ржавый тазик! – выругался я, пиная по колесам старый фольксваген, который должен был починить до вечера.

– Кто из вас Марат? – раздался у входа приятный женский голос.

Я переглянулся с пацанами, а мастер, стоящий рядом, процедил:

– В мастерской баб не трахать, Асманов!

– Я понял, – хмыкнул я и сделал два шага вправо.

На пороге переминалась с ноги на ногу брюнетка, неуверенно осматриваясь по сторонам и сжимая ладони в кулаки.

Меня словно током ударило. Не может быть! Этого просто не может быть! ОНА сама пришла ко мне? Интересно, узнает или нет?

– Ну, я Марат, – делая шаг к девице, сообщил я.

Показательно нагло прошелся взглядом по ее телу, внимательно отслеживая ее реакцию. Не узнала… Жаль.

Она брезгливо сморщила нос и поравнялась со мной. Задрала голову, гневно всматриваясь в мое лицо, и зло выплюнула:

– Сестру мою оставь в покое, понял? Иначе я на тебя заявление напишу в полицию.

Вот это номер!

– И кто у нас сестра? – приподнял я бровь, склоняясь ниже к ее лицу.

Я прекрасно знал ответ. Наверное просто хотел подольше с ней поболтать.

– А кого ты по клубам водишь? – Маша испуганно отшатнулась, когда я провел носом по ее щеке. Не удержался.

Она пахла так же. Тем же шампунем, что и тогда… Когда я как одержимый пытался обратить на себя ее внимание.

– Много кого. Тоже хочешь? – подмигнул я злючке.

– Да ты кем себя возомнил? – вспыхнула она.

– Никем, – пожал я плечами. – Сестру твою как зовут?

– Мила. Мила Кондратьева. Запомни и больше к ней не приближайся, ясно?

– Вполне, – согласился я. – Все?

Маша стушевалась, испуганно осмотрелась по сторонам, задрала подбородок и кивнула:

– Все! Имей в виду, ей нет восемнадцати, это статья.

– Аха. Только ей восемнадцать неделю назад исполнилось, мы по этому поводу как раз в клубе и собрались, – хмыкнул я. – Да не трогал я твою сестру, расслабься. Она не в моем вкусе. Мне постарше нравятся.

Я облизнул губы, взглядом проходясь по ее бедрам.

– Сомневаюсь, что девушкам постарше нравишься ты, – Маша сморщила нос, развернулась на пятках и почти бегом ушла.

– Ух какая, – жестом указывая на размер груди, выдал Дэн.

– На себе не показывай, – заржал Колян.

– Работать! – рявкнул мастер.

Я мысленно показал придурку средний палец и снова надел печатки, убеждая себя, что детская одержимость давно прошла. Прошла, мать вашу, да…

– Асманов, ты на обед пойдешь? – позвал меня Колян минут через сорок.

– Не, – отмахнулся я, – иначе до ночи с этим ржавым корытом придется возиться.

Парни ушли, а я вставил наушники в уши, врубил музыку погромче и сосредоточился на электрике.

Меня снова отвлекли. Чья-то ладонь легла мне на плечо. Я зло обернулся, увидев перед собой задумчивую рожу своего друга.

– Нет, – отчеканил я.

Гафаров мне с утра мозг этой темой выносил по телефону. Теперь решил заявиться лично.

Вырубил музыку, вытащил наушники и развернулся к Тимуру.

– Рат, ну давай. Сыграешь грабителя, напугаешь ее, а потом появлюсь я, спасу ее, и она точно будет моя, – хищно улыбнулся Тимур, ходя за мной кругами.

– Никак не можешь смириться с тем, что тебя послали? – поинтересовался я, вытирая руки тряпкой.

– Тебе трудно? – напирал Тим.

– Что за девчонка? Откуда она? Зачем она тебе нужна? – доставая из кармана пачку сигарет, спросил я.

Прикурил, выпустил дым в воздух и прищурил глаза.

– Затем, что Тимура Гафарова на хер не посылают, – хищно ухмыльнулся друг.

Я сделал затяжку, выдохнул и потребовал:

– Фотка ее есть? Или мне каждую мимопроходящую пугать?

Тимур достал из кармана мобильный и повернул экраном ко мне. У меня все поплыло перед глазами и появилось желание дать другу в морду.

– Ее зовут Маша. Скажи, она секси?

Я равнодушно пожал плечами. Длинные темные волосы почти до поясницы, зеленые глаза, пухлые губы, счастливая улыбка на фото. И не скажешь, что стерва и злючка.

– Таких в клубе полно, – скривился я. – Бери любую, а эту оставь в покое.

– Не могу, наказать надо. Дерзкая слишком. Одна ночь, и пусть валит на все четыре стороны. Поможешь?

– Помогу, – согласился я и хищно оскалился. – Скинь мне ее фото.

Я даже сам себе не мог ответить, нахера я согласился. И потом часто его задавал себе, но ответа никогда не находил.

Голос звучал равнодушно, но внутри у меня все переворачивалось от гнева.

Выкинул докуренную сигарету в мусорку, надел перчатки и встал у тачки.

– Гребаное ржавое ведро, – процедил я, открывая капот.

– Что там? – заинтересовался Тим.

– Фары не горят. Блок управления выгорел, – сплюнул я.

– Сегодня в одиннадцать вечера она будет возвращаться домой, – Тимур достал из допотопного холодильника бутылку пива, открыл с характерным звуком и упал на протертый диван.

– Хорошо, – сбрасывая клеммы с аккумулятора, кивнул я.

– Помощь нужна? – делая глоток пива, спросил Тим.

– Справлюсь. К одиннадцати буду в сквере у дома твоей Маши, – пообещал я, разворачиваясь через плечо.

– Договорились. Я пошел.

Тимур легко поднялся, а я снова сосредоточился на внутренностях тачки. Ненадолго.

– Марат, – раздался женский голосок у входа.

Я сжал зубы и с трудом подавил в себе раздражение.