Не Он

«Забыть боль так трудно — но ещё труднее помнить хорошее.

Счастье не оставляет шрамов».

Чак Паланик «Дневник»

Комната для допроса 231

— Ваше имя Кристофер Хант? — пролистав короткий отчет выездной группы реагирования, изрядно помятый и уставший следователь поднимает воспалённый взгляд на невозмутимо восседающего напротив мужчину. К его неудовольствию тот выглядит так, словно только что спрыгнул с рекламного билборда, в то время как он сам вынужден дежурить вторые сутки подряд, потому что в отделе жесткая нехватка кадров, а в нищих районах города творится полный беспредел. Это ни хрена не новость, как и то, что в большинстве районов из года в год повышается уровень преступности. Пока власти бездействуют, именно он, Тайрон Уэйд, вынужден допрашивать этого лощеного пижона, вместо того чтобы попивать пиво и смотреть футбольный матч в свой заслуженный выходной.

— Абсолютно верно, сэр.

— Детектив, — не скрывая раздражения, поправляет Уэйд, проведя потной ладонью по лоснящемуся лицу. — И вы настаиваете на том, что не нуждаетесь в адвокате.

— Абсолютно верно, детектив, — невозмутимо отвечает Хант.

— Это ваше право. Вы знаете, почему вас доставили в отделение?

— Догадываюсь, — кивает допрашиваемый, упорно глядя в точку над правым плечом Тайрона Уэйда.

— Вашу жену зовут Элинор Хант?

— Именно так, — еще один короткий кивок.

— На одежде Элинор Хант ваша кровь?

— Да.

— Я не вижу у вас внешних повреждений, — детектив меняет позу, тщетно пытаясь поймать взгляд подозреваемого. Внешне он абсолютно сдержан, но испарина на лбу выдает его внутреннее напряжение.

— Пуля лишь слегка задела кожу на плече, — поясняет Кристофер Хант. — Меня немного заштопали и наложили повязку, пока доставляли к вам.

— Ваша рубашка в идеальном состоянии, — с толикой зависти замечает детектив.

— Ничего удивительного. У меня был сменный комплект. Испорченный забрали ваши коллеги.

— Вы взяли с собой в машину скорой медицинской помощи запасную рубашку? — недоверчиво переспрашивает Уэйд, уверенный, что богатенький сукин сын, пойманный на горячем, нагло врет.

— Не я, — непринужденно отвечает Хант.

— Не вы? — детектив скептически скалится, ощущая, как в нем закипает праведный гнев и лопается лимит терпения. — Кто же тогда?

— Моя жена, — все тем же убийственно-спокойным тоном сообщает Хант.

Да он издевается, чтоб его!

— Эль всегда заботится о том, чтобы я безупречно выглядел. В любой ситуации.

— Миссис Хант решила позаботиться о вас до того, как вы применили к супруге физическое насилие, или после? — детектив пускает в ход тяжелую артиллерию.

— Я никогда не поднимал руку на Элинор, — даже не моргнув, продолжает «заливать» самоуверенный подонок. На его смазливой физиономии нет ни капли раскаяния или вины, как и у большинства подобных скотов, уверенных в своей безнаказанности.

Не на того нарвался, ублюдок. Детективу Уэйду плевать на твой лопающийся от баксов бумажник.

— Хотите сказать, что зафиксированные синяки и повреждения появились на теле супруги без вашего участия?

— Абсолютно верно, детектив.

— Тогда может объясните, почему миссис Хант стреляла в вас? — с откровенным злорадством спрашивает Уэйд.

— Вас неправильно информировали, детектив. Элинор стреляла не в меня.

Комната для допроса 232

— Вы узнаете этого человека?

— Разумеется, офицер, — взгляд Элинор Хант на пару мгновений застывает на мужчине за стеклом в соседней комнате для допросов.

Представитель Фемиды — Клои Бейли следует ее примеру и критично рассматривает обсуждаемый объект, в очередной раз удивляясь, как часто социально-опасные ублюдки, превращающие в ад жизни близких людей, обладают магнетической сексуальной внешностью. Без сомнений данный тип один из этих маскирующихся хищников, пользующихся своей привлекательностью, как оружием против самых уязвимых. В конкретном случае уязвимость заключается в чувстве любви или привязанности.

Большой опыт Клои Бейли в делах, связанных с домашним насилием, научил ее с одного взгляда выявлять опасных тиранов. А может быть, дело в особом чутье, выработанном с годами, или личной истории с собственным отцом, долгое время избивающим мать и дочь. Им помогли, они выжили, но есть другие, нуждающиеся в помощи и защите. Например, Элинор Хант, сидящая напротив.

Клои Бейли передергивает от отвращения, вызванного непрошенными воспоминаниями, и весь спектр эмоций она направляет на безупречного ублюдка за стеклом, непринужденно отвечающим на вопросы следователя.

Высокий, холеный, атлетически сложенный брюнет с красивым лицом, ледянойулыбкой и стальным, как лезвие, взглядом. Самоуверенный, равнодушный, не допускающий даже мысли о возможной расплате за содеянное. Тюрьма быстро сбивает спесь с таких, как он.