Не на зло, а вопреки

Ветер нежно трепал её шелковистые локоны. В её взгляде не было ни малейшей тревоги, или волнения. Она была абсолютно спокойна, потому что знала, что он придет. На горизонте показался Джек, золотистый ретривер. На нём, как и всегда был темно синий ошейник с серебряной подвеской, которая светилась на солнце, будто это был не значок вовсе, а сердце, доброе собачье сердце. Подбежав к Роуз, Джек стал обнюхивать её стройные бледные ножки. И, как всегда, она почесала за его левым ухом, которое было совсем гладим и мягким. Ро знала, вот-вот должен был появится он, совсем не похожий на неё, смуглокожий высокий Дориан.

Океан тихо напевал нежную песню, ветер был настолько тихим, что волны не успевали ударяться друг о друга. На берегу, тихо покачиваясь, стояло дерево которое толи еще не ожило, толи уже умерло. И в таком же неизвестном томном состоянии пребывал и Дориан. На его лице отражалась толи боль, толи скорбь, толи печаль.

– Ро, ты такая бледная…

Роуз выглядела изнеможённой, её глаза не горели так страстно и ярко, как раньше. У этих двоих была невидимая связь, они зависели друг от друга. Роуз страдала. Дориан, видя это и зная, что помочь ничем не может, страдал не меньше, но всячески пытался это скрыть. Но разве можно что-то скрыть от любящего сердца…И их страдания превращались в скорбь.

– Ты пришел…Теперь мне станет легче.

Джек, увидав или услыхав дичь, стремглав пронесся через весь берег, будто зная, что этих двух, как ему, псу, казалось, недалеких молодых людей, нужно было оставить одних, наедине с океаном и друг с другом. Этот старенький, но весьма резвый ретривер, был очень умен, тем более для собаки. Его шерсть по прежнему оставалась золотистой, как у настоящего голден-ретривера. Его не по-собачьи умные глаза смотрели всё тем же щенячьим взглядом. В них отражались окружающие его просторы…Океан, который когда то было просто океаном, а теперь стал убежищем двух никому не понятых сердец.

Розали Купер, дочь местного лекаря, до появления Дориана Адамса жила в полном одиночестве. Дориан приехал со своими родителями, братьями и сестрами в один из австралийских городков, дабы организовать новое прибыльное дело. Его семья занималась фермерством, и наладила поставки свежего мяса и овощей в один из орбостских магазинов. Ни один из жителей Орбоста не имел такого дохода, как семья Дориана. Но это не вызывало ни у кого ни зависти, ни злости, ни гнева. Адамсы были весьма приветливыми, и помогали любому, кто просил их помощи. Но Дориан был другой, он был будто отдельно частью семьи, всегда блуждая в одиночестве, он размышлял, как поскорее окончить школу и улететь в Америку. До встречи Розали эта мысль не покидала его никогда. Но теперь появился повод задержаться здесь подольше, а может и навсегда.

Розали училась в той же школе, что и Дориан, но посещала занятия не так часто. Она была потомственная целительница, отец всё свободное время обучал её новым премудростям народной медицины. Вся её жизнь проходила в обществе склянок, банок, пучков с травами и прочими атрибутами этого бесполезного дела. Даже в самом маленьком городе есть больница, и Орбост не исключение. Но её отец считал, что истинное исцеление может наступить когда человек лечит и тело, и душу. Он полагал, что его травы и настои помогут людям куда больше современных препаратов и таблеток. Но Роуз так не думала. Она не хотела заниматься лекарством, она хотела учиться, как все нормальные люди, и часто убегала из дома, брала у соседской девчонки книги и подолгу сидела у океана, изучая все то, что было написано в них таким понятным ей, ненаучным языком. Больше всего она любила биологию, наиболее её привлекала ботаника. Ветки и деревья, их строение, особенности – всё это казалось ей действительно интересным и увлекательным.

В школу она приходила два раза в неделю, и появление Дориана, новенького, в их городе заметила не сразу. Но, так как скромной она не была, узнав, что в их школе новенький, сразу же пошла на разведку, что бы посмотреть, что он и себя представляет.

– Ты Дориан, верно? -сказала она в сторону Дориана, когда тот стоял к ней спиной, рассматривая какие-то фотографии на школьной стенгазете.

– Да. А что, я что-то не так сделал? -с рассеянностью ответил он.

И тут Роуз опешила, её самоуверенность и храбрость тут же куда-то исчезли, и она пробормотала что-то не внятное.

– Н-нет, всё хорошо, а твои дела? -с дрожью произнесла она.

– Дела? А.. Да хорошо. Осваиваюсь. Ты чего так разволновалась?

После его слов от прежней Роуз ничего не осталось… Она затрепетала, ноги её подкосились и она уже не была уверена ни в одном своем движении и слове. Она боялась показаться глупой и нелепой ему, единственному человеку, который заставил ее сердце биться в тысячи раз быстрее.