Не кровные

Алана Инош

Не кровные

Аннотация: Меня зовут так же, как русского князя-полководца, с той лишь разницей, что я – Святослава Игоревна. Не полководец, но служу в полиции. Я – экспериментальный боец полицейского спецназа. У меня есть младшая сестрёнка. Не кровная: мой отец – её отчим, а матери у нас разные. И я жизнь отдам за неё. А та мразь, что тронет её хоть пальцем, до суда не доживёт.

– Не подходить! Я убью её! – орал этот псих. Лицо – как у бешеной мартышки: глаза навыкате, пасть оскалена. Сам – невысокий, но крепкий, сплошные натянутые нервы.

Лица заложницы почти не было видно: пряди светлых волос скрывали его, прилипая к мокрым от слёз щекам. Молодая девчонка-промоутер в белой блузке стояла себе у своей стоечки, предлагая продегустировать ветчину, а тут вдруг – шум, гам, пальба, и её хватает какой-то осатаневший мужик с пистолетом, прикрываясь её телом от полицейского спецназа. Весёлый у неё рабочий день выдался, нечего сказать.

Простреленная рука Славы горела болью, пропитавшийся кровью рукав лип к ране, а перед глазами стояла картина: застреленная женщина на полу, а над ней – кричащая девушка.

– Мама! Мамочка! – Её тоненький, надрывно рыдающий голос до сих пор слышался из отдела молочных продуктов.

Светлане уже ничем нельзя было помочь: судя по расположению входного отверстия, выстрел попал точно в сердце. Кровавое пятно расплылось на груди, пропитывая строгую «офисную» блузку. Карина, стоя над матерью на коленях, выла и тряслась, её длинные каштановые волосы свисали вперёд мягкими ухоженными прядями. Она ещё надеялась, что маму спасут врачи. Надежда живуча, даже когда её убивают выстрелом в грудь.

Вот тебе и сходили за покупками...

Не обращая внимания на рану, Слава прыгнула за витрину-холодильник с мясом. Там прятались от пуль, присев на корточки, продавцы. При виде грозного бойца в шлеме и чёрной шерстяной маске они испуганно задышали, прижимаясь к задней стенке холодильника, а Слава молча пробиралась туда, куда пятился стрелок с заложницей. Если бы не запрет на открытие огня в местах скопления людей, она уже давно бы всадила отморозку пулю между глаз, да и дело с концом. В стрельбе Слава всегда была отличницей, но сейчас её руки были связаны законом.

Ребята держали психа на прицеле, но стрелять тоже не имели права.

– Парень, положи ствол и отпусти девушку. Ну зачем тебе всё это?

А парню было уже, похоже, нечего терять. Он застрелил Светлану и ранил пожилого мужчину, а захват заложницы вбил последний гвоздь в его гроб. Он сделал всё, чтобы закрыть себя надолго под строгий режим. Может, он как раз и рассчитывал, что его убьют при задержании. А что? Кто-то сводит счёты с жизнью тихо и незаметно, а кому-то охота пошуметь и устроить шоу.

Впрочем, Славе было плевать, что снесло ему крышу и заставило натворить всё это. Она выполняла задачу: нейтрализовать преступника максимально безопасным для окружающих способом. Стрелок пятился к торцу холодильника, а она кралась, согнувшись в три погибели и держа наготове электрошокер.

Он волок заложницу, приставив дуло к её голове. Девушка спотыкалась, елозила ногами по зеркально-гладким плиткам пола, а потом – случайно или намеренно? – наступила каблуком захватчику на большой палец. От боли он взвыл и ослабил хватку, а в следующую секунду электрический разряд с коротким треском вошёл ему в шею. Стрелок упал, а девушка, трясясь от слёз, отползла на корточках. Негромкий стальной щелчок – это закрылись на скрученных за спину руках психа браслеты. Слава выпрямилась и сделала ребятам знак. Двое бойцов подхватили бесчувственного стрелка и «упаковали» его.

– Молодец, тёзка, – коротко похвалил её командир – тоже Слава, только он – Владислав, а её полное имя было Святослава. Кивнул на окровавленный рукав: – Ты как?

– Порядок, – отозвалась она. – Царапина.

– Обработать, – сказал старший. – На сегодня – свободна.

Светлану уже укладывали на носилки, накрыв с головой простынёй, а Карина в слезах рвалась следом:

– Мама... Куда вы её? В какую больницу?

Она не понимала, что машина, в которую несли Светлану – не скорая, а «труповозка». Слава придержала девушку, преградив дорогу:

– Карина... Всё, всё, не надо. Держись.

Слова не находились. Попрятались, как тараканы в щели. Чёртова гулкая пустота: ничем не утешить, не успокоить. Вот откуда взять силы, чтобы сказать ей, что маму убили?.. А девушка изумлённо воззрилась на рослого бойца в форме:

– Откуда вы меня... знаете? Вы кто?

Слава сняла шлем и маску с коротко стриженой головы.

– Сестрёнка твоя.