Не искушай меня

Франция, Париж

1757 год

Схватившись за край столешницы, стиснув бортик так, что побелели костяшки пальцев, Маргарита Пиккар извивалась, охваченная нестерпимо острым возбуждением. По предплечьям побежали мурашки. Она прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать стон наслаждения, готовый сорваться с ее губ.

– Не сдерживайся, кричи, – хрипло подстегивал Маргариту ее любовник. – Я с ума схожу от страсти, когда слышу, как ты кричишь.

Веки Маргариты отяжелели от желания. Она, сделав над собой усилие, подняла глаза и, взглянув в зеркало, встретилась взглядом с мужчиной, что двигался у нее за спиной. Трюмо в ее будуаре тряслось в том же ритме, в котором, тяжело и хрипло дыша, ее любовник входил в нее.

Уголки губ маркиза де Сен-Мартена при виде пылающего лица и затуманенных страстью голубых глаз возлюбленной поползли вверх и сложились в улыбку, неотразимую в своей греховной чувственности; улыбку, полную мужской гордости. Накрыв ладонями подпрыгивающие груди Маргариты, он направлял ее движения, заставляя их тела двигаться в тандеме.

Пот выступил на коже обоих, и тот и другой тяжело дышали. Кровь гудела в ушах Маргариты. Ради таких вот минут страсти, что щедро дарил ей возлюбленный, она отреклась от всего: от семьи, от друзей, от достойного будущего – она пожертвовала всем, лишь бы быть с ним, Она знала, что он любит ее с тем же самоотречением. Он доказывал свою любовь каждым своим прикосновением, каждым взглядом.

– Какая ты красивая, – задыхаясь, сказал он, глядя на нее в зеркало.

Когда она предложила место для их любовного соития застенчиво, но пылко, он засмеялся от восторга.

– Я к твоим услугам, – понизив голос до чувственного шепота, сказал он, войдя в ее будуар, и сразу начал освобождаться от одежды. В походке его было что-то от хищника, как и в тусклом блеске его потемневших глаз, что-то, заставлявшее ее вздрагивать от жаркого озноба возбуждения. Маркиз обладал врожденной сексуальностью. Эта сексуальность сочилась из его пор, обнаруживала себя в каждом произнесенном им звуке, в каждом его движении. Он был непревзойденным любовником – равных ему не было на всей земле.

В тот самый миг, когда Маргарита впервые увидела его на балу у Фонтинеску, она была сражена его красотой. Его наряд из рубинового шелка бросался в глаза, но Маргарита пришла на этот бал не ради того, чтобы полюбоваться его нарядом. Она поставила перед собой цель познакомиться с ним поближе, увидеть его, так сказать, во плоти. Старшие сестры ее шептались о нем, передавали друг другу скандальные слухи о его любовных похождениях, о его вопиющей дерзости, о том, что, обольщая тех, кому благоволил, он нещадно разбивал сердца несчастных. Он был женат, и, тем не менее, отвергнутые томились по нему не таясь, рыдали под окнами его дома, добиваясь хотя бы крупицы его внимания. Маргариту мучил вопрос, что же за оболочка скрывает такое греховное нутро, и любопытство одержало над ней верх.

Сен-Мартен ее не разочаровал. Если выражаться простым языком, она не ожидала, что он окажется таким мужественным. Те, кто отдает себя греховным усладам и излишествам, редко могут похвастаться мужественным обликом, но он не был похож на изнеженного сибарита, он был силен телом, решителен и привык повелевать, и к тому же красив как бог.

И никогда еще ей не доводилось встречать мужчину, с такой легкостью, практически без усилий со своей стороны, способного разрушить покой любой представительницы прекрасного пола, даже той, что доселе с невозмутимостью отражала атаки самых коварных соблазнителей. Маркиз был великолепен во всех отношениях, он находился в прекрасной физической форме, и отсутствие интереса с его стороны вводило женщин в непреодолимый соблазн. Блондин с золотистыми волосами, худощавый и подтянутый, он не без оснований был предметом вожделения всей женской половины Франции. Женщины, с присущим им природным чутьем, безошибочно угадывали в нем особый дар – способность дарить наслаждение, которому не было равных. Его утомленный взгляд наводил на мысль о декадентской роскоши, томной неге, сладострастных восторгах и запретных плодах. Маркиз прожил вдвое больше восемнадцати лет Маргариты, и у него была жена, не уступавшая ему во внешней привлекательности. Но ни разница в возрасте, ни наличие у маркиза законной жены не могли помешать тому мгновенному и необычайно сильному влечению, что испытала при виде его Маргарита.

– Ваша красота поработила меня, – прошептал он ей в тот, первый вечер. Он стоял рядом с ней в танцевальном зале, прислонившись к колонне. – Я должен всюду следовать за вами, или я умру от тоски.

Маргарита продолжала смотреть прямо перед собой, но от его дерзости каждый нерв в ней затрепетал. Ей стало трудно дышать, ее бросило в жар. Она не могла видеть маркиза из-за колонны, но она чувствовала его полновесное внимание, и оказываемое этим вниманием воздействие приближало ее к опасной черте.

– Вы знаете женщин более красивых, чем я, – парировала она.

– Нет, – услышала она в ответ.