(Не) Человек-Паук (СИ)

Моя голова бурлила мириадами мелких шумов, и это отнюдь не походило на последствие хорошей пьянки. Всё было гораздо хуже, но, к сожалению, я не обладал достаточным красноречием, чтобы передать полноту всей гаммы этих незабываемых ощущений. Так что просто представьте, что внутри вашей черепной коробки происходят микроатомные взрывы, но сама она отчего-то остаётся целой.

Осознание того, что её попросту нет, как нет, собственно, и тела, ударило по мне очередной порцией мерзопакостного гула. Я постарался дышать ровнее, чтобы пробудить махнувшую ручкой объективность, но бесстыдница лишь показала мне средний палец. Потому как дышать не выходило в принципе. Ох, и что ж за тварь я такая?

Мысли текли хаотично, не позволяя собрать себя во что-то дельное, метаясь между бредом и реальностью, а «лёгкая» дезориентированность не давала понять, куда меня занесло. Резкий звук долбил по сознанию, доставляя чуть ли не физический дискомфорт. Я не мог определить его источник и не мог решить, чего мне хочется больше: оказаться от того как можно дальше или разнести всё, что окажется в радиусе поражения. В какой-то момент захотелось вырвать себе уши, проткнуть барабанные перепонки… да хоть что-нибудь! Однако последнее, в чём я сейчас разбирался — где у меня всё это добро находилось. И при том я ещё молчу про другие сокровища, которых лишился с подачи чьей-то лёгкой руки.

«Да выключите уже этот долбаный колокол!» — пожалуй, сейчас это было первостепенным моим желанием. Подобная пытка длилась не больше пары минут, за которые я успел возненавидеть всё, и в первую очередь себя, за то, что никак не мог её остановить. Более того, я пребывал в состоянии бесформенной чёрной жижи! Да я вообразить не мог, как такое, как я, вообще может существовать. Но, судя по всему, если продолжать эту занимательную философию, то не так уж долго и протяну, а значит, разобраться во всём этом дерьме мне и не грозит.

Взглянув (честно, не знаю, как теперь говорить, но если бы я был человеком, то взглянул бы) наверх, обнаружил занимательную картину: абсолютно нагой мужчина задорно звонит в колокола, сам же при этом морщась от недоразвитого перезвона, что у него выходит. Экий бездушный звонарь с полным отсутствием слуха. И как только в него ещё ничем тяжёлым не зарядили?

«Питер Паркер», — услужливо подсказало сознание, и я вдруг представил того так отчётливо, словно общался с ним лично. Но этого ведь быть не может?

«Бом!» — мерзавец извлёк из своей пыточной машины очередной «недобас», затмивший по степени убийственности все остальные. Нет, всё-таки для всяких «подумать» были созданы библиотеки, а отсюда нужно сваливать и делать это как можно срочнее. Только вот беда-то — совсем не на чем.

Было ли это маниакальное желание жить, а может, во мне пробудилось спавшее годами упрямство, но я сумел сдвинуться с места, ощущая себя при этом мутантом-слизняком, радуясь каждому миллиметру отдаления от ужасающей конструкции. И тут мне посчастливилось встретить пробоину в полу. Совсем крохотную — сквозь неё могла бы пробраться разве что мышка — но показавшуюся мне сейчас такой спасительной. Господи, если ты, конечно, есть и слышишь меня, дай мне добраться туда живым!

Отчего-то я знал, что с лёгкостью могу просочиться. Были ли это те самые ресурсы мозга (его ли?), которые задействуются при опасности, или ещё что, а только теперь я точно знал, что делать, чтобы оказаться в укромном местечке.

Рывок. Ещё рывок. И я неожиданно резко втягиваюсь в антрацитовую пустоту.

Характерный «шмяк» от падения показался более болезненным, чем само падение. Вроде как я ещё минуту назад хотел уединиться? Что ж, пожалуй, лучшего места и не сыскать. Немного, правда, сыровато, но не в моём положении быть привередливым.

Я наивно надеялся на то, что удаление от источника шума чудодейственным образом скажется на моём самочувствии, но лучше мне не стало. Отсюда происходящее наверху было прекрасно слышно, хоть звук выходил и несколько глухим, что плавило мои мозги, признаться, не так сильно.

Оценив обстановку, понял, что оказался в каком-то подобии подвала, а может и в нём самом. Мои познания в архитектуре были слишком скудны для того, чтобы сказать наверняка. Но, похоже, здесь давненько никого не было: очень уж характерна была вездесущая паутина, да и запах был, мягко говоря, не из приятных. Кстати, о пауках… Мне кажется, или звон стал не таким интенсивным? Похоже, до мальчика начинало понемногу доходить, что тот, для кого устраивалась эта оперетта, давно покинул зрительный зал, а больше подобную «игру» оценить было некому. По крайней мере, я с подобными слуховыми извращенцами знаком не был, да и сама картинка была до крайности неэстетичная — тот срам, что гордо именовался телом, в культурном обществе надо бы и прикрывать. Как-никак, не нудистский район, а бескомплексность — здорово лишь тогда, когда не доходит до крайностей.