Не боярское дело 4. Часть третья

Четвёртая книга цикла " Не боярское дело". Часть третья.

В книге описываются события, произошедшие спустя два века после Третьей Мировой Войны, закончившейся ядерной зимой.

Дворянин Олег Бережков слишком рано остался сиротой. Вражда боярских Родов лишила его семьи и всех близких родственников.

Условия вступления в самостоятельную взрослую жизнь оказались далеко не лучшими. Разорённые земли. Враждебный Род, желающий его смерти. Невеликие богатства, доставшиеся по наследству. Из плюсов — умение создавать кристаллы для артефактов и помощник, который со временем исчезнет.

Не каждый готов начать восхождение по социальной лестнице на таких условиях.

Но Олег Бережков попробует.

Русское бояръ — аниме. Основное место событий — Россия.

Большой объём текста, дирижабли, Кланы, гарем и магия.

Цикл «Не боярское дело» начинается одной огромной книгой, написанной в девятнадцати частях.

Бесплатный ознакомительный фрагмент гигантского размера поможет Читателям решить, стоит ли им покупать эту книгу.

Начало ознакомительного фрагмента здесь:

https://author.today/reader/23515

Глава 21

Контр — адмирал Тэцуо Хацуро сегодня не на капитанском мостике.

Нечего ему там делать. Я так решил.

Мазохистские порывы и попытки изобразить из себя камикадзе безусловно хороши, но всё должно быть в меру.

Короче, сидит он, как миленький, в моём дирижабле и пялится в мощный морской бинокль.

А почему бы и нет?

Вид отсюда, куда как лучше, чем с любого капитанского мостика.

Опять же связь. С любым кораблём можно говорить, как по телефону, а при желании и сразу всеми в режиме конференции командовать.

Радиоперехват? Я вас умоляю… Если во всей французской эскадре найдётся хоть один продвинутый знаток японского языка, то я готов съесть свой галстук, которого у меня нет, но неважно. Короче, не их день сегодня, чтобы нас слушать. Пусть японский учат, как следует.

Высота — две тысячи восемьсот метров. Я кислородного голодания пока не ощущаю, но за Тэцуо присматриваю.

Сегодня он главный режиссёр и постановщик того спектакля, который мы начали разыгрывать.

И для начала мы должны потерять корабль, точней — подставить его под огонь французов

Это была моя просьба, но вовсе не требование.

Я всего лишь высказался о том, что было бы неплохо, если лягушатники начнут свою агрессию первыми.

Моряки чуть переверстали план и выставили под японским флагом старый пароход прямо напротив плацдарма. Фальшивого плацдарма. Не главного, скорее захваченного, чтобы что-то захватить в подходящем месте.

Этот момент стоит прояснить.

Представьте себе, что ваш противник начал высаживаться в точке, которая теоретически нафиг никому не нужна.

Во! На этом я и поймал французских стратегов! Если что, оно всё случайно вышло.

Французы такое потом сами себе придумали, что впору реально стало стоить озаботиться, чтоб удержать обманку. Мы это выяснили из их переговоров.

На самом деле там всё было до дебильного просто. Но об этом позже. Тут у нас события идут такими скачками, что за ними едва успеваешь следить.

Для начала французы выслали пару эсминцев на разведку. К сожалению, не тех, самых быстрых.

Пока пара современных французских скороходов — наша основная головная боль. Весь план Хацуро построен на том, что они не должны нам помешать. А они могут.

Так что первый ход лягушатников вышел не самым удачным для нас.

По команде контр-адмирала на связь с французами по международному каналу связи вышел эсминец «Кагеро».

От французов довольно вежливо потребовали изменить курс и выйти из зоны военных действий. Заодно уведомили их, что мы в своём праве и выполняем союзническую миссию по освобождению Северного Борнео от орд местных племён.

Понятное дело, что всё фиксировалось на камеру.

Попутно мы вели запись переговоров внутри французской эскадры.

— Топи десантный корабль узкоглазых! — дождались мы командного рыка с французской стороны.

Ждали недолго.

Сразу же после первых выстрелов по несчастному пароходу, где уже никого из экипажа не было, а в трюме были задраены все переборки и находилась прорва пустых бочек, самого разного размера, из тех, что удалось скупить в порту Манилы за копейки, началась наша работа.

Основная прелесть этого места вовсе не в том, о чём сочинили себе французы. Нам нужна была всего лишь высокая точка над морем.

Парочка эсминцев — разведчиков как раз подошла на нужное расстояние.

Со скалы их подсветили лазерной пушкой и поочерёдно расстреляли управляемыми ракетами наземного базирования.

Взрыв двухсот килограммов тротила оказался для французских эсминцев фатальным.

На одном произошла детонация то ли торпед, то ли боезапаса, и он исчез в облаках дыма и пара попросту моментально, навсегда пропав из вида.

Второму повезло чуть больше. Ракета попала ему в самый край кормы, и сейчас он горел, при этом постепенно погружаясь кормой в воду, и всё выше и выше задирая нос.

Продержался он на поверхности минут пятнадцать — двадцать, а потом резко ушёл на дно.