Назови меня своей

Касия Салах прищурилась, вглядываясь в темную дымку на горизонте и мерцающее над ней зловещее облако пыли, потом перевела взгляд на мобильник.

Нет сигнала.

Она выдохнула ругательство, которому научилась за годы учебы в Кембридже. Пот обильно скапливался на верхней губе и стекал по спине под футболкой и просторным халатом, призванным защищать от жары и пыли. Это было такое ругательство, что бабушка наказала бы ее за одно только то, что она его знала, а уж вслух его и вовсе произносить было нельзя.

Положив телефон в задний карман шорт — для чего потребовалось еще несколько разочаровывающих моментов, чтобы найти его под слоями ткани, — она бросила взгляд на двигатель черного внедорожника и снова выругалась. В конце концов, в радиусе пятидесяти миль не было никого, кто мог бы ее слышать, а это придавало сил, даже если и не помогало.

Почему она не подумала взять с собой спутниковый телефон? Или компаньона? Желательно такого, кто лучше ее разбирается в механике. Она с досадой пнула ногой по колесу.

Какое самоуверенное безрассудство! С другой стороны, она не собиралась ломаться у черта на куличках, где нет даже сотовой связи.

Шейх Зейн Али Навари-Хан, муж ее лучшей подруги, правитель Нарабии и номинально ее босс, делал все, чтобы обеспечить мобильную связь во всех частях королевства. Вероятно, ее занесло слишком близко к пограничным землям — неосвоенной пустыне с горной областью на юге, населенной только кочевниками-холади.

Насколько она помнила, у холади даже не было водопровода, не то чтобы сотовых телефонов.

Она натянула рукава халата на пальцы, чтобы не обжечься о горячий металл, и подняла капот. Капот с грохотом рухнул обратно, отозвавшись эхом в лихорадочно горячем воздухе. К счастью, она оставила Кэт и Зейну примерный маршрут своей поездки, и, если к вечеру она не вернется, за ней отправят поисковую группу.

Но все равно Касии явно пришлось бы провести ночь в пустыне.

Как только солнце скроется за горизонтом, температура начнет падать и к середине ночи опустится почти до нуля.

Горячий сухой ветер швырнул Касии в лицо песок. Натянув платок на нос, чтобы не вдыхать песчаные вихри, она посмотрела на горизонт. Темное облако выросло еще больше, стремительно надвигаясь на нее как некая зловещая сила.

Хлынувший в кровь адреналин ускорил дыхание, по спине пробежала дрожь.

Что это? Песчаная буря?

Касия еще ни разу не попадала в такую переделку, проведя большую часть своей жизни в безопасной роскоши женской части Золотого дворца.

Но о песчаных бурях она, конечно, слышала. Разрушения, которые они приносили, вселяли ужас даже в сердца взрослых мужчин. Ее бабушка рассказывала, как самые свирепые из них опустошали целые королевства, превращая сады и поля в безжизненную пустыню.

Касия постаралась взять себя в руки и подавить панику.

Хватит драматизировать, сказала она самой себе.

Это был один из ее многочисленных недостатков — видеть все слишком живо. Ее бабушка, при всей ее мудрости, тоже этим страдала.

Касии было четыре года, когда она переехала жить во Дворец, где работала бабушка. После смерти старого шейха новый правитель пригласил из Кембриджа ученого, чтобы написать книгу об истории королевства. То, что Касии посчастливилось стать ассистенткой Кэтрин Смит, изменило всю ее жизнь — особенно после того, как Кэтрин вышла замуж за Зейна и стала королевой Нарабии. Теперь Касия была уже не романтичным подростком с богатым воображением, скрывающим свою неуверенность за завесой несбыточных мечтаний, а дипломированным ученым-экологом, желающим спасти сельскохозяйственные угодья Нарабии от последствий песчаных бурь, которые так часто случались в пустыне.

Так что экстремальные условия и необходимость провести ночь в джипе ее совсем не смущали. На самом деле ночь, любая экстремальная ситуация ее только будоражила. К тому же Касия всегда любила рискованные эксперименты.

И кто сказал, что надвигается песчаная буря? В метеосводке не было сообщений о стихийном бедствии — перед тем как покинуть дворец, Касия проверила как местные, так и спутниковые прогнозы. Может, в ней и осталось что-то от романтичной натуры, но уж идиоткой она никогда не была.

Не отводя взгляда от линии горизонта, она еще раз повторила про себя эти ободряющие слова: «Все непременно будет хорошо, просто потому, что не может быть иначе!»

Тем временем темное облако продолжало расти. Оно было огромным и быстро продвигалось вперед. Через несколько минут шум прорезал тишину пустыни. Мелкие существа — ящерицы, змеи, грызуны — сновали рядом с Касией, спеша зарыться в песок.

Яркое безоблачное небо стремительно темнело.

Страх сдавил горло, блокируя разум. Что она должна делать? Сесть в машину? Ее занесет песком. Остаться снаружи — но такой глупый риск жизнью совершенно ничем не оправдан…