Найду тебя в темноте

Как я сюда попала? Когда моя жизнь пошла по этому безумному курсу к этому громадному беспорядку, который я сейчас увидела, взглянув в зеркало? Конечно, все началось очень просто. Взгляд, прикосновение, поцелуй. Первая любовь должна была быть красивой, не так ли?

А может быть, она по-прежнему такая. Не знаю. Все, что я действительно знаю, так это то, что я стою на коленях на этом противном полу в ванной комнате какого-то грязного мотеля, стирая кровь моего парня с шершавой плитки. Кожа на моих коленях размокла и саднит. Жгучие слезы обжигают мои глаза, но я чувствую, что готова следовать за ним хоть на край света.

Вытереть, помыть, подмести. Вот что я делаю. Вытираю в суматохе наши отношения. Сметаю куда подальше гнев, боль и страх. Смываю все прочь, пытаясь понять, как мне взять себя в руки.

И потом я вспоминаю те неуловимые моменты. Крошечные осколки времени, которые помогают мне признать, что все было не так уж и плохо. Ведь я люблю его, и он любит меня. Любит так, как может. Возможно, моя единственная ошибка заключалась в том, что я вовремя не смогла понять, что не в состоянии ему помочь.

Но я не из тех, кто легко сдается или все забывает. Многие хотели, чтоб я была именно такой, но нет. Были мгновения, когда он был моим миром. Моей целью, всей моей жизнью. И мне тяжело даже думать о том, что сейчас я лишилась всего этого. Возможно, те несколько блаженных месяцев, что мы провели вместе, были поистине прекрасными. Сумасшедше прекрасными. А может и просто сумасшедшими.

Кто знает. Я была испуганная, уставшая и одинокая; потерявшая жизненно важную часть себя, благодаря которой когда-то чувствовала себя цельной и полной. Сейчас же я была грустной и опустошенной. Вытереть, помыть, подмести.

Дыры заполняться. Шрамы затянутся. Но я никогда уже не буду такой, как прежде. Той, кем была до него. Моя сумасшедшая, прекрасная любовь.

— Нет, вы, должно быть, разыгрываете меня, — стонала я, пиная шину своей подержанной «Тайота королла», которая категорически отказывалась заводиться. Стоя на подъездной дорожке рядом с домом, я успела вспомнить все ругательства, какие только можно себе представить, пока минуты медленно приближали мое неизбежное опоздание.

— Мэгги, девочка, неужели она снова не хочет заводиться? — Мой отец высунул голову, приоткрыв входную дверь. Скорее всего, он был послан кем-то знающим о моем затруднительном положении.

Вздохнув, я с силой захлопнула дверцу автомобиля и подняла свою сумку. — Нееет, — устало протянула я. Мой папа держал дверь открытой на протяжении всего времени, пока я шла обратно в дом. — Разве ты не забрала её из салона две недели назад? — спросил он, когда я, войдя в дом, бросила сумку на кухонный стол, а сама уселась на стул. Разочарованно убрав челку со лба, я так и не удосужилась ему ответить.

Этот день не задался с самого утра. Мне не стоило вылезать из кровати. Может, я должна была изобразить кашель или нечто подобное, чтобы убедить папу в том, что сегодня мне лучше остаться дома.

Мой отец откусил кусок от тоста, и крошки посыпались, застряв в его аккуратно подстриженной бороде. — Я отвезу тебя в школу. Ты же не можешь пропустить важный тест по химии. — Он ухмыльнулся, глядя на меня, словно прочитал мой замысел о прогуле школы.

Я застонала, наверное, в миллионный раза это утро. Черт, я совсем забыла об этом тесте, но мой отец, конечно же, прекрасно помнил о нем. Отлично. Теперь не осталось ни одного шанса на то, что сегодняшний день еще может стать хорошим. Долбанный понедельник.

— Мэгги Мей, что ты все еще здесь делаешь? Последний звонок прозвенел 10 минут назад. — Моя мама быстро вошла на кухню и, налив себе чашку кофе, взглянула на часы, убеждаясь, что не ошиблась со временем. Глядя на мою очень серьезную, деловую и превосходно выглядящую мать, я задалась вопросом, причем уже не впервые, как я могу быть носителем её ДНК, ведь она моя полная противоположность. В то время как она - блондинка с прекрасной, модной прической, я являюсь обладательницей мышино-серых, с легким коричневым оттенком волос, которые напрочь отказываются укладываться во что-либо, хоть отдаленно напоминающее стильную прическу. У моей мамы прекрасная фигура, да и вообще она не выглядит на свой возраст. Я же была «поздней пташкой». Мой не приводящий в восторг размер груди и отсутствующие напрочь бедра едва ли свидетельствовали о женственности.

Но у меня были её глаза. И я скажу, позабыв про скромность, что они просто удивительные. Мне нравится, что у меня точно такие же блестящие зеленые глаза и густые черные ресницы. Они – лучшее во мне (ну, хорошо, за исключением моего поразительного остроумия и прекрасной индивидуальности, конечно), и я выслушала массу комплементов в их адрес. Нет, конечно же, я не уродина, просто, как и большинство подростков, не в восторге от своей внешности.