Наташа

Наконец-то, у Любавы появилась родная сестра. Это была малюсенькая шимпанзе, очень похожая на Папу. «Какая красивая девочка, – сразу заметила Мама. – Папина дочка». Но Папу это сходство не очень обрадовало. «С какой стати в нашем роду появилась обезьяна?» – обиделся он. «По крайней мере, это уже вторая обезьяна, – напомнила Мама. – Ты что, забыл, от кого ты произошёл?» «Это ещё неизвестно, – продолжал обижаться Папа. – Я считаю, что со свиньёй у нас намного больше общего». «У тебя гораздо больше общего с обезьяной, – стояла на своём Мама. – Ты уж мне поверь, как специалисту». (Мама занималась биоакустикой, то есть изучала звуки, с помощью которых животные общаются друг с другом).

«Ну-у-у…» – не согласился Папа. «Эх, эх», – радостно приветствовала присутствующих обезьянка. «Убедился! – обрадовалась Мама. – Сразу видно, что вы найдёте общий язык». «Как же я буду общаться с шимпанзе?» – недоумевал Папа. «Это твоя дочь», – сказала, как отрезала, Мама. «Мне её что, дрессировать?» – испугался Папа. «Не дрессировать, а воспитывать, – поправила Мама. – Не забывай, что труд сделал из обезьяны человека». «Ты думаешь, она станет человеком?» – усомнился Папа. «Поживём – увидим». Мама закончила разговор, взяла из кроватки очаровательный конвертик, из которого выглядывала смешная обезьянья мордочка, и стала проверять, не пропало ли у неё из груди молоко.

Любаве сестрёнка очень понравилась. Она давно просила у Мамы сестру и собаку. Сестру она получила, а собака больше была не нужна: обезьянка намного лучше. Любава настояла на том, чтобы сестрёнку назвали Наташей, в честь её любимой подруги. Вскоре Наташа уже ползала по полу и даже карабкалась на софу. В четыре месяца она проявила интерес к фруктам и фруктовым сокам. Больше всего Наташа любила бананы. Съев банан, она соединяла пальцы ручек, пока ничем не отличавшихся от лапок, образуя полукруг. Это означало «ещё». Аппетит у Наташи был завидный. Наевшись, она подносила к открытому рту два пальца правой руки, что означало «пить». Наташа с удовольствием пила коровье и козье молоко, но больше всего на свете она любила ананасовый сок.

Однажды внимание Наташи привлекла яркая картинка на открытке. Девочка ухватила её обеими ручками – и вдруг из открытки полилась музыка. Неожиданно для всех Наташа стала подпевать. Она то пищала, то пронзительно вскрикивала. Любаве очень понравилось. Отныне сёстры музицировали вместе. Любава извлекала звуки из губной гармошки, а сестрёнка выводила незамысловатую обезьянью «мелодию». А когда Мама купила игрушечное пианино, Наташа стала проводить около него всё своё свободное ото сна и еды время. Она нажимала пальчиком то на одну клавишу, то на другую. Любава пыталась подпевать, но у неё получалось хуже, чем у сестры.

Однажды Мама долго смотрела на играющих дочек, а потом сказала: «Пора приниматься за работу». «Я не позволю мучить ребёнка, – возмутился Папа. – Она ещё совсем дитя». «Воспитанием Наташи буду заниматься я, – сказала Мама. – Следующим будет мальчик. Вот ты им и займёшься». «Ну, уж нет, – замахал руками Папа. – Ты родишь бегемота, а мне потом отдуваться?» «Не думаю, чтобы у тебя в роду были бегемоты, – возразила Мама. – Хотя…» – она внимательно посмотрела на Папу. «Перестань издеваться!» – Папа в волнении зашагал по комнате. «Хорошо, не буду, – согласилась Мама. – Посмотри, у девочки выпрямляются ножки и укорачиваются ручки. Ты хочешь, чтобы у неё исчез хвостик?» «А разве это возможно?» – изумился Папа. «У тебя же его нет, – резонно ответила Мама. – А ты, кстати, в утробе матери прошёл разные стадии развития. Пусть девочка доразвивается на свободе». «Хорошо, делай, что хочешь, – сдался Папа. – Но при одном условии: чтобы ты не испортила мне ребёнка». «Можешь не беспокоиться, – улыбнулась Мама. – Не забывай, что это и мой ребёнок». Получив карт-бланш, Мама на следующий день принесла разноцветные пластиковые фигурки. Каждая фигурка обозначала какое-то слово. Наташе понадобился месяц, чтобы освоиться с новой игрой. Больше всего ей понравилась зелёная звездочка, которая обозначала «дай», и жёлтый треугольник, который соответствовал слову «банан». Она клала их рядышком, и Мама давала ей банан. Наташа подносила банан ко рту, но сразу его съесть ей не удавалось. Мама показывала ученице две пластиковые фигурки: красный квадрат и жёлтый треугольник. И Наташа со вздохом возвращала банан. Потом Мама брала из набора белый кружок, означавший «можно». И Наташа с жадностью набрасывалась на аппетитное учебное пособие. Иногда Любаву допускали к этой игре. Отыскав в наборе с десяток звёздочек и треугольников, наевшись досыта бананов, Любава теряла к этому занятию всякий интерес. Она сочувствовала своей младшей сестре, которой приходилось учиться без выходных. Любава была счастлива от того, что у неё такая необыкновенная сестра. Она не понимала, зачем Наташе превращаться в человека. Но для дискуссий ей недоставало знаний.