Настоящий формидабль. Часть 4

Примечание от автора для тех, кто уже прочел первые три части:

Мишель ничего не имела против еще одного героя с почти таким же именем, но все–таки я предложил «принцу–королю», появившемуся в третьей части под именем Михаила Витальевича, назваться Андреем Витальевичем. Он благородно согласился. Это исправление внесено и в третью часть.

Снова был теплый летний день. Но не здесь. И не в наше время.

Мы с Анжелой шли по булыжному тротуару, одетые почти одинаково.

На мне было свободное длинное платье из розового муслина, под платьем — тончайшая батистовая сорочка и панталоны примерно того же вида, что обожает носить Жюли. Только без розочек.

На Анжеле было свободное длинное платье из голубого муслина, под платьем примерно такая же сорочка, что и у меня, а вот какие на Анжеле были панталоны, я мог только догадываться.

Видимо, мы с ней пытались догадаться об одном и том же, потому что, не сговариваясь, поправили свои летние шляпы из мелкой соломки, переглянулись и улыбнулись друг другу.

Анжела крепче взяла меня под руку. Она волновалась! Впрочем, как и я. Ведь мы с ней шли в гости, в пансионат…

Тут воздух заструился, и мы оказались прямо перед воротами из ажурного металла.

Рядом с воротами стояли две фигурки, тоже в выходных нарядных платьях. Это были, конечно же, Мишель и Жюли.

«Ну наконец–то!» — закричали они. — «Мы ждем вас уже целый час!»

«А мне казалось, что мы пришли вовремя!» — несколько смущенно ответил я.

«Конечно, вовремя!.. Но мы все равно ждем вас уже целый час!» — наперебой, притворно сердито, закричали наши подружки.

Мы рассмеялись.

Все еще смеясь, Жюли сказала:

«Слава! Мишель! Как вы все–таки похожи. Прямо как родные брат и сестра! И даже больше!..»

«Даже больше?!» — удивилась Мишель. — «Как можно быть похожими больше, чем брат и сестра?..»

«Не знаю…» — смущенно пробормотала Жюли. — «Но если они так похожи!..»

Тут воздух опять заструился, и мы оказались в очень уютном дортуаре Мишель и Жюли. В нем были две деревянные кровати с высокими спинками, шкаф для одежды, книжный шкаф, письменный стол, только не взрослой высоты, а такой, за которым удобно читать и делать уроки детям. Перед столом стояли два полукреслица, а на полу лежал толстый ковер.

«Ничего себе!» — воскликнул я. — «А-я то думал!..»

«..Что у нас тут огромный зал и сто кроватей под серыми одеялами, да?..» — засмеялась Мишель. — «Нет, у нас тут пансионат, а не какой–нибудь там монастырь!..»

«У мадам Марго эти… Проргр… Прогр… Прогрессивные методы, вот!» — гордо добавила Жюли.

«А панталоны?!» — неожиданно воскликнула Анжела очень нетерпеливым голосом.

Мишель и Жюли даже опешили от неожиданности.

«При чем тут панталоны?..» — воскликнула Мишель.

«Ну как причем?!» — воскликнула Анжела. — «Я хочу знать, вернул тот формидабль садовник вам панталоны, или нет!»

Мишель и Жюли переглянулись.

«Ну, разумеется, господин Андрэ принес их в пансионат вечером того же дня!» — спокойно сказала Мишель. — «И вообще, он оказался очень хорошим человеком. Он так помог мадам Марго с нашим парком!..»

«И где же они?» — все тем же нетерпеливым тоном спросила Анжела.

«Ну как это где?!» — вновь ответила за Жюли Мишель. — «Они здесь. Жюли!..»

И Жюли, скромно потупив глазки, подняла подол своего платья, вместе с нижними юбками, и нашим взорам открылись те самые кружева и розочки!..

Да, ее любимые панталоны вновь были на ней!

Я жгуче покраснел.

«Ну что ты, Слава!» — сказала мне Мишель. — «Что тут такого!.. Они тебе понравились?..»

«Да!» — твердо ответил я.

Анжела засмеялась. Потом облегченно вздохнула и сказала:

«А я так рада, что я их увидела! Я ведь много о них слышала, до этих пор…»

Жюли тем временем опустила и расправила свое платье.

И, только она это сделала, в дортуар заглянула горничная.

«Пойдемте, дети. Мадам Марго вас ждет!»

И вот мы уже в очень красивой гостиной, где за большим круглым столом, покрытым белой скатертью, сидели мадам Марго и какой–то представительный господин с большими усами.

«Это же формидабль садовник!» — с восторгом подумал я.

И тут же узнал в нем Андрея Витальевича!..

А мадам Марго…

Ну, конечно же, это была Елена Павловна!

И вот теперь–то она была одета точно так же, как я нарядил ее мысленно во время выступления на концерте — в длинное белое платье из самого лучшего шелка и шляпу с широкими полями и черным страусиным пером.

«Здравствуйте, дети!..» — мелодичным голосом сказала мадам Марго.

«Здравствуйте!» — пробасил формидабль Андрей Витальевич.

Мы вразнобой, смущенно, ответили на приветствие.