Настоящий формидабль. Часть 1

Эта история началась во второй половине апреля, когда я пришел из школы не в самом лучшем настроении.

Впрочем, для начала я должен представиться и рассказать о себе и своей семье.

Итак, меня зовут Ярослав, или просто Слава, фамилия моя Студеницын, мне десять лет, а моя семья — это я и моя мама, Татьяна Ивановна Студеницына. Больше у нас никого нет. Вообще никого. Кроме множества маминых подруг. Ну, и моих школьных друзей.

Сейчас маме всего лишь двадцать восемь лет, она очень красивая и у нее просто обалденная фигура!.. Поэтому мужчины в ее присутствии буквально теряют дар речи. Многие предлагали ей выйти замуж, но мама всем отказала. Правда, сейчас у мамы есть один постоянный мужчина. Она ведь живой человек!.. Мама с тем мужчиной встречается на нейтральной территории два–три раза в неделю, для секса, и не более того. В нашу жизнь мама того мужчину не пускает, и не стремится слишком глубоко войти в его жизнь. Так они договорились пару лет назад, когда познакомились и строго придерживаются этого договора.

Вы спросите, откуда я это все знаю, и не слишком ли много я знаю вообще?.. Ну, во–первых, у нас с мамой очень даже доверительные отношения. На все мои вопросы она отвечает всегда честно. Во–вторых, я и правда очень много знаю.

Я, видите ли, вундеркинд. Это выяснилось еще в детском саду. Я даже учусь уже в седьмом классе, а не в четвертом, как должен был бы. Я бы уже и в восьмом учился, но мы с мамой решили, что такие большие скачки нам ни к чему. «Уж слишком быстро ты вырос!.. — говорит мама. — Я бы предпочла, чтобы ты подольше побыл маленьким. Я бы по–прежнему купала тебя в ванночке, наряжала бы в красивые костюмчики, водила бы тебя гулять за ручку!..»

Ну, это мама только говорит так. Вообще–то она с самого раннего детства старается воспитывать во мне мужские качества. Но вообще–то я с самого рождения был и остаюсь очень даже красивым ребенком. Роста я, правда, небольшого. Могу сойти даже за девятилетнего. Но это меня не смущает. Были бы кости, мясо нарастет!.. Зато, после трех лет занятий в секции восточных единоборств, я готов к схватке с любым противником, даже многократно превосходящим меня по размеру и весу. У меня хорошая реакция и я очень верткий. Спортивный, красивый, умный — вот такое получилось сочетание!..

Кроме того, я еще участвую в концертах, когда к нам приезжают инспекторы из гороно или спонсоры.

И это — совсем отдельная история.

Дело в том, что у меня есть еще и артистические способности. Я наблюдаю разных людей, а потом изображаю их. Или придумываю смешные истории, и тут же разыгрываю их на разные голоса. Без всякой подготовки, экспромтом, полагаясь исключительно на вдохновение. Первый раз я показал такую историю еще в старшей группе детского сада. Воспитательница смеялась буквально до упаду. Мы потом всей группой полчаса не могли привести ее в чувство!..

Утром того дня, когда все началось, мама уехала на работу в свое ателье, которым она владеет, с особенно тяжелым сердцем. Это было видно по ее лицу и по тому, как она вздыхала, глядя в окно. У нее даже омлет пригорел, который она готовила мне на завтрак. У нее сейчас трудности в бизнесе. Конкуренция!..

Уходя, она быстро поцеловала меня, но это был совсем бесчувственный поцелуй. В мыслях мама была далеко от меня, в своих проблемах…

Поэтому и я в школу пошел тоже в плохом настроении. И в школе у меня тоже был клубок забот!.. Пришел я домой, а в голове все крутится, вертится, и успокаиваться не желает.

В полной растерянности я разделся, причем снял не только школьный костюм, а вообще все, и стал ходить по квартире, машинально открывая и закрывая шкафы. Я всегда так делаю, когда волнуюсь. В смысле, открываю и закрываю шкафы!.. Это мне помогает думать.

И вдруг в том шкафу, где у мамы висели разные образцы, я увидел нарядное розовое платье для девочки, на которое раньше не обращал внимания.

Это платье мама сшила в прошлом году, когда думала начать работу над детской коллекцией. Но потом ей подвернулся проект со свадебными платьями, и она про детские вещи забыла.

Она вообще что–нибудь детское шьет только мне, да и то не часто. Некогда ей!..

Сапожник без сапог, другими словами.

И вот, стоя перед открытым шкафом с образцами в одних носках, и глядя на это миленькое платье, все в рюшах, воланах и оборках, я вдруг протянул руки и снял его с перекладины. Тут же из платья на пол что–то выпало.

Это оказались забавные трусики, тоже в оборках и рюшах, сшитые в комплект с платьем.

«Хм!..» — подумал я. — «А я и не знал, что мама еще и девчачьи трусики шьет!..»

Я отложил платье и трусики в сторону, и пошел принять душ. Собственно, ради этого я и раздевался. Весна стояла очень теплая, и в школе я весь вспотел.

После душа мне стало немного легче. Смывая с себя грязь, смываешь и ощущение забот. Но сами заботы все равно остаются…

И я вновь вернулся в мамину комнату, остановившись перед платьем, которое теперь висело на спинке стула. Сверху платья лежали трусики.