Наследницы

Кабина лифта рухнула с высоты тридцати этажей, и произошло это с такой силой, что все здание содрогнулось. Створки дверей сорвало. В момент удара они вылетели в вестибюль вместе с обломками бетона и штукатурки, сбив с ног охранника. Свет в здании моргнул и погас. Мгновение спустя зажглись тусклые лампы аварийного освещения.

Воцарилась тишина, изредка нарушаемая треском электричества от разорванных кабелей, свисавших в глубине темной шахты лифта.

В вестибюле штаб-квартиры компании «Тауэр» медленно оседало облако цементной пыли.

Гордей Овчаров, глава службы безопасности «Тауэра», осторожно поднял голову и в ужасе осмотрелся. В момент крушения лифта, мраморный пол дрогнул, и парень не удержался на ногах. Он повалился на спину и основательно приложился затылком об колонну, поддерживающую потолок. На какое-то время он даже лишился сознания. Гордей, морщась от боли, ощупал свой затылок. Крови не было, но голова просто раскалывалась. Глаза нестерпимо жгло от пыли. Он моргнул несколько раз, но это не помогло. Громко выругавшись, Гордей извлек из кармана пиджака носовой платок и кое-как очистил глаза.

Всего несколько секунд назад он вернулся в штаб-квартиру, несмотря на такое позднее время. Он доставил сюда секретаршу президента, приволок ее почти силой, выполняя приказ Аркадия Бежецкого. Президент подозревал ее в сговоре со своими конкурентами, в крупных махинациях, саботаже… А теперь, глядя на разгромленный вестибюль, Гордей уже не сомневался, что опасения Бежецкого оказались не паранойей.

Сейчас Вероники рядом не было. Видимо, когда Гордей отключился, мерзавка решила воспользоваться ситуацией, и задала стрекача. Ну ничего. Разыскать ее не составит труда, ведь он уже знал ее адрес, а особой сообразительностью эта девица не отличалась.

Гордей медленно перевернулся на живот и поднялся на ноги. Его слегка качнуло и он оперся рукой о стену. Перед глазами все кружилось. Лишь бы сотрясения мозга не было. Ему как-то довелось испытать такое и ощущения были не из приятных.

Гордей выпрямился и на этот раз сумел удержать равновесие. Его дорогой костюм из черной шерсти был белым от пыли и штукатурки. Он попытался отряхнуть штаны. И замер на месте.

Гордей только сейчас осознал случившееся.

Лифт упал!

И в момент падения в нем кто-то находился! Гордей хорошо расслышал чей-то истошный вопль, раздавшийся перед самым ударом.

Он развернулся и, слегка покачиваясь при ходьбе, двинулся к пролому в стене. Лифт рухнул в цокольный этаж, превратившись в груду сплющенного железа. В черном провале невозможно было что-либо разглядеть. Из обломков не доносилось ни звука. Выжить при падении с такой высоты было просто невозможно.

Неподалеку от пролома он увидел Вадима, молодого секьюрити, так и не успевшего покинуть свое рабочее место. Он не шевелился. При аварии, когда куски камня и железа полетели в разные стороны, ему в висок ударил здоровый обломок бетонной арматуры. Вадим лежал на боку. Его лица не было видно, но вокруг парня медленно разрасталось пятно почти черной крови. Гордей сразу понял, что дело плохо.

Он подошел к опрокинутой стеклянной конторке секьюрити и поднял валявшийся на полу телефон. Номер службы спасения Гордей помнил наизусть, это входило в его профессиональные обязанности.

Данил Бакшеев, следователь Департамента безопасности, пришел домой очень поздно, когда время уже перевалило за полночь. Он снова задержался на работе. Его жена Нина давно привыкла к этому и даже не стала вставать с постели. В первые годы их брака эти частые задержки нередко выводили ее из себя. Она устраивала мужу скандалы, говорила, что работа для него важнее семьи. Данил просил прощения, и он на самом деле чувствовал себя виноватым, но ничего не мог с этим поделать. Таков был удел служителя закона. Вскоре Нина поняла это и ей пришлось смириться. Она знала, за кого выходила замуж.

Давно остывший ужин ждал Данила на столе, заботливо укутанный махровым полотенцем. Данил наспех перекусил и отправился в ванную. Аленка, шестилетняя дочь Бакшеевых, давно спала, поэтому Данил старался не шуметь. Он быстро принял душ, прошлепал босыми ногами в спальню и юркнул под одеяло. Нина подвинулась, освобождая ему место.

Он тяжело вздохнул и обнял ее за талию.

— Трудный день? — тихо спросила Нина.

— Как всегда.

— Что на этот раз?

— Даже рассказывать не хочу, — тихо произнес он. — Мне хватает негатива на работе, так пусть он там и остается. Расскажи лучше, как прошел твой день.

Нина повернулась к нему лицом.

Данил лежал с закрытыми глазами, он явно уже засыпал.

— У меня все хорошо, — улыбнулась Нина. — Спи.

Она не отказалась бы получить от мужа немного ласки. Из-за своей изматывающей работы и постоянных задержек Данил уже неделю к ней не прикасался. Но он и сегодня явно был не в форме. Поэтому Нина решила дать ему поспать.

Данил уткнулся прохладным лбом в ее плечо и тихонько засопел. Нина подтянула на нем одеяло и поудобнее устроилась на подушке.