Находка Джинни Гамильтон

— Граф Дракула, Оливер? — Прекрасные зеленые глаза Джинни Гамильтон лукаво блеснули. — Все-таки это костюмированный бал, а не обычные танцульки.

Оливер Марсден сухо улыбнулся. Своими иссиня-черными волосами, зачесанными назад с высокого лба, и плащом на шелковой подкладке он действительно напоминал вампирского графа. И излучал такое же убийственное обаяние.

— Сейчас скажу, кто ты, — ответил он. — Погоди… Скарлетт О'Хара, берущая Атланту штурмом? И, без сомнения, готовая устроить скандал.

— Это еще зачем! — Джинни рассмеялась, изобразив протяжный южный говорок, и присела в шутливом реверансе, взмахнув широкой юбкой светло-зеленого бархата. — Мне ведь нужно поддерживать репутацию!

— Вряд ли это требует больших усилий. — С высоты своего роста он окинул насмешливым взглядом ее пышную грудь, выставленную напоказ в глубоком вырезе платья. — Тем более в таком наряде. Это нечто особенное.

Джинни рассмеялась снова — низким, чуть хрипловатым смехом.

— Разве ты не скажешь, как сильно потрясен, увидев меня сегодня? поинтересовалась она. — Не прошло и недели после похорон моего бедного папочки, и вот я здесь, развлекаюсь на виду у всего города.

— Я должен быть потрясен?

— Ты ожидал? Боже! — Она надула губки. — Терпеть не могу быть предсказуемой.

— Тебе это не грозит, — заверил ее Оливер с ноткой едкого юмора в голосе. — Но прости, что я не смог приехать на похороны… я был в Токио.

— Жаль. Похороны прошли замечательно. — Ее мягкие губы изогнулись в сдержанной улыбке. — Папе бы понравилось. Помпы ровно столько, сколько нужно — даже сам епископ почтил нас своим присутствием! Один из тех дальних родственников, которые появляются исключительно на свадьбах и похоронах. Но боюсь, я уже успела разочаровать всех старых сплетниц… своим недостойным поведением, если не сказать хуже.

Темная бровь Оливера насмешливо изогнулась.

— Разве тебя волнует мнение старых сплетниц?

— Ни капельки! — Джинни равнодушно пожала обнаженными плечами. Она никогда не признается, даже самой себе, как больно ранят эти осуждающие взгляды и презрительное шушуканье. Ее отношения с отцом не всегда были гладкими, но она его обожала — своего старомодного, недалекого, упрямого скупердяя.

Наверное, Оливер был единственным, кто это понимал. Их отцы дружили с детства. Только Оливер Марсден оказался не тем человеком, которому она могла бы раскрыть свои истинные чувства. Шесть лет назад (видимо, по настоянию родителей) он сделал ей предложение, и она согласилась. Как и следовало ожидать, все окончилось разрывом.

К счастью, в последующие годы они почти не виделись. Оливер работал в Нью-Йорке, в какой-то влиятельной финансовой компании с Уолл-Стрит. Но два месяца назад его отец объявил о своем уходе с поста председателя правления «Марсден Ламберт» — маленького банка, принадлежащего его семье на протяжении нескольких поколений, одного из немногих независимых банков в Лондонском Сити. Оливер вернулся, чтобы занять место отца.

А это означало, что им придется сталкиваться друг с другом гораздо чаще. Джинни до сих пор не разобралась в своих чувствах к нему. При встречах он вел себя очень вежливо, если не сказать холодно, но все же ее мучили мрачные предчувствия. Шесть лет назад Джинни разорвала их отношения в ночь заключения помолвки… а Оливер Марсден не из тех, кто способен это простить.

Но ее тревожные мысли были надежно спрятаны за веселым блеском глаз. Джинни взмахнула ресницами, взглянув на Оливера с привычным кокетством.

— Может, они и правы, — с горечью призналась она. — Боюсь, я и вправду слишком избалована и эгоистична! Разве ты не рад, что не женился на мне?

— Если бы ты вышла за меня, то не была бы избалованной.

Джинни почувствовала, как екнуло сердце: в его шутке явно содержалась львиная доля правды. Но она заставила себя рассмеяться, хотя собственный смех и показался ей слегка вымученным.

— Ах, да, тогда и я рада, что не вышла за тебя… мне больше нравится быть избалованной.

— Джинни, милочка, я не ожидала увидеть тебя сегодня. — Оливер еще не успел ответить, как в разговор вмешался хорошо знакомый мелодичный голос. Сказочная Снежная Королева, высокая и стройная, в ослепительно-белом узком платье, с очень светлыми волосами, усыпанными сверкающими серебряными снежинками, стояла рядом с Оливером. С холодной улыбкой она по-дружески взяла его под руку.

Сводная сестра Оливера: такая же светлая, как он темный… и яда в ней столько же, сколько красоты.

— Привет, Алина. — Улыбка Джинни не померкла, а ее голос не выражал ничего, кроме радости. — Да, это я. Я ведь не смогла бы пропустить такую вечеринку!

— Я так ужасно расстроилась, когда узнала о твоем отце, — промурлыкала Алина с приторно-сладким сочувствием. — Наверное, это стало для тебя страшным потрясением.

— Вовсе нет, — резко ответила Джинни. — Он долго болел.

— Конечно. И он ведь был уже старым, правда? Но платье у тебя просто божественное! Я бы не осмелилась надеть такой рискованный цвет.