Надменный герцог

Побег! Джулиет наслаждалась звучанием этого слова, хотя и испытывала вместе с тем некоторое угрызение совести. Просто неприлично так радоваться только из-за того, что она впервые в жизни осмелилась пойти наперекор отцу. Но даже сейчас Джулиет становилось жутко от мысли, в каком гневе окажется ее отец, когда узнает, что она сделала. Ей оставалось только надеяться, что к тому времени, когда Роберт Линдсей ее обнаружит, он успеет немного остыть. Девушка почти не сомневалась, что отец найдет ее; с присущей ему тщательностью и дотошностью он будет проверять все возможные пути исчезновения дочери до тех пор, пока какая-нибудь незначительная деталь не выведет на ее след. Но в течение какого-то времени, может быть, даже нескольких месяцев, она будет заниматься тем, чем пожелает.

Джулиет смотрела в иллюминатор гидроплана, завороженная невероятно красивым пейзажем, раскинувшимся внизу. С того момента как самолет вылетел из Бриджтауна, она не переставала восхищаться пестрой чередой островов и необыкновенной синевой моря. Джулиет, наверное, уже в сотый раз подумала о том, какой большой удачей явилось для нее объявление в «Таймсе».

Темнокожий стюард попросил пристегнуть ремни. Джулиет поняла, что самолет уже приближается к Вентерре и принялась гадать, на который из этого множества островов они приземлятся. Прекрасно, значит, отцу нелегко будет здесь найти ее.

Для Джулиет все было внове. Она никогда раньше не путешествовала одна; по указанию Роберта Линдсея его дочь всегда сопровождала целая свита помощников, секретарей и слуг, которые заботились о ее багаже и спортивном снаряжении. Поэтому, оказавшись в Бриджтауне совершенно одна, Джулиет радовалась возможности снять себе номер в небольшой гостинице, а не в шикарном отеле; ей доставляло удовольствие самой нести свою сумку, самой нанимать носильщика, и выбирать себе еду по собственному вкусу.

Мэнди, конечно, придет в ужас, когда представит себе, что ее тихая овечка оказалась одна в такой дали от дома, пусть даже и на острове, принадлежащем Великобритании. Но пока Мэнди, как и отец, уверена, что Джулиет проводит время у своих друзей.

Мэнди, или мисс Джейн Мэндерс, заменила девушке мать. Родная мать Джулиет умерла при родах. Отец очень горевал. Наверное, поэтому он уделял дочери так много внимания, ни на шаг не отпуская ее от себя. В то время Мэнди было лет тридцать, она совсем недавно похоронила свою мать, и с радостью взяла на себя заботу о девочке, отдавая ей всю свою нерастраченную любовь. Иногда Джулиет задумывалась над тем, почему Мэнди так и не вышла замуж. Девушке приходила в голову мысль, что, возможно, ее няня питала к ее отцу какие-то чувства. Хотя Роберт Линдсей никоим образом не поощрял Мэнди, однако, ее пребывание в доме, носившее вначале временный характер, растянулось более чем на двадцать лет. Теперь Мэнди, безусловно, являлась полноправным членом их семьи. И Джулиет было неприятно обманывать именно Мэнди, но поскольку за эти годы к ней постепенно перешли все бразды правления в огромном доме в Хампстеде, принадлежавшем семье Линдсей уже не один десяток лет, девушка была уверена, что положение Мэнди из-за побега ее воспитанницы не пострадает.

Отогнав грустные мысли, Джулиет стала размышлять о том, что ее ждет в скором будущем. Ей вспомнилась встреча с представителем адвокатской конторы в Лондоне. В объявлении, помещенном в «Таймсе», говорилось, что в качестве компаньонки для недавно осиротевшей шестнадцатилетней девушки с небольшим физическим недостатком требуется молодая женщина из хорошей семьи. В настоящее время девушка проживает у своего дяди на острове Вентерра в нескольких милях от Сент-Лусии в Вест-Индии.

Джулиет сразу решила, что это место прекрасно подходит ей, так как у нее не было никакой профессиональной подготовки. Хотя она в общем-то многое умела делать, — говорить на нескольких языках, составлять икебану, выразительно читать, выполнять роль хозяйки дома на официальных приемах и даже прекрасно отваживать нежелательных ухажеров, которых отец приглашал в их дом — к деловой карьере ее не готовили. Ее отец не хотел, чтобы дочь училась в университете. Девушке приходилось довольствоваться только чтением книг, и постепенно в ней начала накапливаться неудовлетворенность собственной бесцельной жизнью.

Вероятно, у Джулиет никогда не хватило бы мужества на такой смелый шаг, если бы Роберту Линдсею не пришла в голову мысль, что пора уже подумать о замужестве дочери. В своей обычной не терпящей никаких возражений манере он представил ей на выбор трех молодых людей, но ни за одного из них Джулиет не хотела бы выйти замуж. Она вовсе не искала прекрасного рыцаря в сверкающих латах, чтобы жить с ним в розовом мире любви до конца своих дней. Но ей все равно хотелось встретить настоящего, сильного мужчину, а не безвольное существо, готовое пользоваться всеми материальными благами, которые сулила женитьба на дочери такого богатого и влиятельного человека, каким являлся ее отец.