Надежный свидетель

Глава

1

– Если ты не прекратишь смотреть на него, я сам посмотрю на него, и тогда он никогда больше на тебя не посмотрит!

Вадим Игнатьевич Бойко откровенно издевался, наблюдая за мучениями своего коллеги. Тот обиженно поджал губы и, буркнув что-то матерное, отвернулся к окну кофейни. Дело было холодным декабрьским днем, и за окном вообще-то не было ничего интересного: привычный вид в знакомый до последней трещинки двор, несколько машин и людей.

Кофейня “Надежный свидетель” во внутреннем дворике возникла внезапно – будто бы появилась из ниоткуда – и тут же вызвала настоящий переполох. Все потому, что внутренний дворик был один на двоих у жилого дома и отделения полиции. Как так вышло, что ремонт и прочая подготовка к открытию кофейни прошли незамеченными для органов правопорядка, оставалось загадкой. Вероятно, причина заключалась в том, что никакого помпезного открытия с фанфарами, воздушными шарами или листовками накануне не было. Утром первого декабря на здании напротив вдруг появилась вывеска с названием и табличка, обещающая самый вкусный кофе, сытные завтраки и ланчи в определенное время. А внутри появилось кафе.

Как верно подметила Леночка «связи со СМИ», никакие дополнительные маркетинговые штучки этой кофейне и не были нужны, когда у них под боком расположилось целое отделение вечно голодных мужиков. Сообщая это, Леночка вздернула свои идеально очерченные брови так высоко, что всем стало понятно, что голод она имеет в виду не только утробный.

Все, слушавшие ее рассуждения коллеги, стояли в этот момент во дворе и нервно курили, с подозрением глядя на обманчиво-нежную вывеску, выполненную в лавандово-мятных – самых модных хипстерских цветах. На подоконниках неровными огоньками мерцали расставленные маленькие свечки; что находилось внутри кофейни при утреннем свете разглядеть не удавалось.

Работа встала на целых полчаса. Районное отделение питерской полиции в полном составе выкатилось во двор, чтобы посмотреть на возникшее там чудо. На фоне привычных стен старого фонда неожиданно преобразившиеся окна и дверь – теперь тоже лавандово-мятная – выглядели буквально порталами в другой мир. И что, примечательно, дом, в котором расположилась кофейня, казалось, так же преобразился. Потертые – когда-то желтые, а теперь давно уже бесцветные стены с кое-где потрескавшейся краской и частично отбитыми водосточными трубами сейчас смотрелись не старо и убого, а стильно, будто бы даже дерзко. Дом напротив, где, собственно, располагалось отделение полиции, наоборот стал еще серее, бледнее и скучнее.

– Хипстеры какие-то, – мрачно проговорил старший прапорщик Дровянко, пожевывая фильтр Петра «легкого», – бездельники и наркоманы.

– Может, проститутки? – ехидно поддел его Владик Цветочный – уже много лет как «подающий надежды» старший сержант. – Кто первый на допрос с пристрастием?

В рядах правоохранительных органов началось негромкое волнение и бубнеж. Хипстеров полицейские побаивались. Конечно, не тогда, когда принимали их в клубах, накаченными непонятно чем: тогда сила была на нужной – правильной стороне. Но вот зайти в такое модное кафе, будучи не при исполнении… Это, пожалуй, тянуло на почти настоящий подвиг.

От двери, окон и вывески так и тянуло «чужой территорией», полной опасностей из заоблачных цен, мудреных названий, кофе без кофеина и молока без молока. Было страшновато. Неловко топчущихся в снегу полицейских ожидал новый повод для волнений: лавандово-мятная дверь распахнулась, и на пороге появился паренек в белоснежном переднике и с веником в руках. Не глядя в «зрительный зал», он деловито выметал из помещения какие-то невидимые пылинки, потом притащил коврик с надписью «welcome» и торжественно водрузил его перед дверью.

Одет парень был в светлую футболку и какие-то супер-узкие джинсы, напоминающие скорее колготки. Темные волосы собраны в пучок, поверх футболки, свисала массивная цепь. На улице было минус десять.

Парень скрылся в помещении, но через секунду вернулся уже без передника. Вышел из дверей, присел на подоконник, достал вейп и глубоко затянулся. До полицейских долетело облако пряного пара. Пахло мандаринами, корицей и чем-то горьким. Кто-то чихнул, кто-то сматернулся.

– Конец вам всем, – трагично изрекла Леночка, – никто не уцелеет.

Будто бы услышав ее слова, парень поднялся, подошел к табличке и дописал там крупными буквами: «кофе дня – 99 р». Потом обернулся и широко улыбнулся своей притихшей аудитории. Помахал рукой и скрылся за нежно окрашенной дверью.

***

Слова Леночки в общем-то пророческими не оказались, хотя сперва волнений из-за внезапно возникшей кофейни хватало.