НАЦИОНАЛЬНАЯ ГЕОПОЛИТИКА

(Работа написана на основе тезисов доклада, сделанного 25 апреля 1998 года в клубе «Ультрафиолет» при комитете геополитики ГД РФ)

Сейчас в России о геополитике не говорят только ленивые. Однако почти все рассуждения крутятся вокруг некой геополитики вообще, и часто создаётся странное впечатление. Либо рассуждающие, вроде Петрушки из «Мёртвых душ», просто ухватились за возможность произносить модное и красиво звучащее слово, не понимая и не задаваясь желанием понять, что оно, собственно означает. Либо это настолько новое направление политической мысли, что в нём ещё не появились концепции, теории, идеи. Такое положение вещей прямо связано с текущим господством в стране сторонников идеологического либерализма, которые отрицают государства или ставят интересы индивидуума над интересами государства, и потому чужды геополитике как таковой, но стараются не чураться модных западных слов, особенно, когда речь идёт о словах, запретных в советские времена. Возможно, либералы и вовсе не касались бы этой темы, но их вынуждают обращаться к разговорам о геополитике представители среднего звена чиновно-полицейских учреждений нынешней власти, которые не отрицают и не могут отрицать государства, создавшего традицию таких учреждений, и у которых по этой причине нарождаются взгляды прагматического патриотизма. Однако циничный и невнятный либеральный патриотизм, под влиянием чиновных патриотов набирающий влияние в чиновно-полицейских учреждениях власти, сосредотачивается на поисках заумной, по большей части бессодержательной демагогии о государственной политике. Часто он лишь используется для оправдания права среднего звена представителей чиновно-полицейских учреждений на расширение своей доли власти и собственности внутри либерального режима диктатуры коммерческого интереса. Патологическая неспособность представителей чиновных и силовых учреждений власти и их пишущей обслуги разработать некую либерально-патриотическую «национальную идею», о необходимости которой они шумят столько лет, объясняет и их неспособность внести собственное, сколько-нибудь осмысленное понятийное содержание в слово геополитика.

Те немногие в России, кто всё же могут излагать геополитические концепции, находятся вне официозных учреждений действующей либеральной власти. Но они обсуждают концепции, как подобострастные ученики Запада, ограничиваясь лишь тем, что было разработано в Англии, в Германии и в США. Наиболее деятельными пропагандистами среди них оказываются патриоты евразийцы, – сторонники возрождения Российской империи в том или ином евразийском виде. А особенный восторг у евразийцев вызывает концепция англичанина Маккиндера, в которой первостепенное значение имеет хартленд: срединная территория Евразии или недавняя составная часть царской и Советской империй. Точнее сказать, евразийцы сосредотачиваются только на поверхностном обсуждении концепции Маккиндера, рассматривая её, как догму, как единственный стоящий источник геополитической премудрости, и представляют дело так, де, она обосновывает для всего мира изначальные, мистические права России на евразийское господство. На основе концепции Маккиндера евразийцы требуют, чтобы государственная власть России удерживала влияние в Средней Азии любой ценой, как бы дорого, каких бы жертв это не стоило русским. Евразийцы являются традиционными народными почвенниками, и их не интересует ни современная промышленная экономика, ни вопросы уровня жизни русского государствообразующего этноса, ни обусловленность государственной политики историческим развитием русских общественных и социально-производственных отношений. Они являются схоластами, не задумывающимися о практических проблемах и противоречиях, и откровенно не желающими об этом задумываться.