Наблюдатель

Пол Райли следовал за полицейской машиной. Он проехал за ограждение и затормозил возле патрульного автомобиля. Перейдя на нейтральную передачу, Райли заглушил мотор и прочитал про себя молитву.

А теперь — на штурм.

Он распахнул дверь, впуская в салон тяжелый влажный воздух, и тут же вздрогнул, словно кто-то врубил на полную мощность стереосистему: офицер полиции через мегафон призывал зевак и репортеров проявить уважение к стражам порядка и оставить попытки пробраться через ограждение. Журналисты задавали вопросы каждому полицейскому, который попадал в их поле зрения, некоторые даже обращались к Райли, не имея представления, кто он. Полицейским, медикам и криминалистам приходилось перекрикиваться, чтобы услышать друг друга. Несколько репортеров, сжимая в руках микрофоны, стояли перед телекамерами и громко сообщали последние шокирующие новости. Сотни горожан стекались к месту преступления, обсуждая, что же именно обнаружили в актовом зале Брэмхолла.

Райли знал немногим больше, чем эти люди. Он слышал, что нашли шесть трупов — молодые женщины с различными увечьями. Но была и еще одна новость, которую босс сообщил ему дрожащим голосом: «Мы думаем, что одна из них Кэсси».

Речь шла о Кассандре Бентли — студентке колледжа Мэнсбери и, что гораздо важнее, дочери Гарланда и Наталии Бентли. Это семейство владело миллиардами. Наследники огромного состояния, они финансировали политиков, имели большой вес в обществе. Их фамилия была символом богатства.

Райли посмотрел на багровое небо над колледжем Мэнсбери, где кружили три вертолета, принадлежащие новостному каналу. Он прикрепил к лацкану пиджака пропуск, который получил еще три недели назад, и обвел взглядом стражей порядка. Кого здесь только не было, униформы всех мастей: синяя — у полицейских Марион-Парк, коричневая — у помощников шерифа округа, белая — у охранников колледжа Мэнсбери, черная — у представителей других ведомств, которых, вероятно, пригласили сюда, чтобы сдерживать толпу.

Райли назвал свое имя и свою должность. Он до сих пор не мог привыкнуть к тому, как она звучит: «Старший ассистент прокурора округа». По сути, главный помощник окружного прокурора.

— Кто здесь за старшего?

— Лайтнер, — отозвался полицейский, указывая в сторону актового зала.

Актовый зал Брэмхолла — громадина с крышей в виде купола — возвышался над бетонной лестницей. По обе стороны от входа поднимались гранитные колонны, здание окружали аккуратно подстриженные лужайки.

Внутри было немного душновато. Колледж оставался закрытым, и помещения давно не проветривались. В это время года никто не пользовался актовым залом.

«Кто же имел сюда доступ?» — размышлял по пути Райли.