Наблюдатель (ЛП)

Редактор: Shottik

Русифицированная обложка: Anastasiya Pozynych

Соглашаясь переехать к своим тёте и дяде, я не предполагала, что они проживают в чертовой дыре. Но вот я почти здесь, после самой утомительной шестичасовой автомобильной поездки в моей жизни, и уже поздно поворачивать назад.

Конечно, я сама виновата в том, что не изучила Колд-Спрингс как следует, прежде чем собрать вещи и отправится в путешествие, но мне отчаянно хотелось сбежать из города и своего изменщика бывшего, что я как-то не задумалась над этим. Потребность бежать победила здравый смысл, и я без колебаний приняла их предложение.

Сейчас, съезжая с автомагистрали на грунтовую дорогу, указанную в GPS, я сожалею, что не рассмотрела другие варианты. Я могла бы остановиться у родственников во Флориде; пляж и пальмы были бы гораздо приятнее, чем это.

«Или могла бы просто ездить по Калифорнии, живя в своей машине, пока не приду в себя».

Я бы предпочла что угодно, кроме, как находиться в трех часах езды от ближайшего города, окруженная полями, простирающимися во все стороны. Мне не хватало возвышающихся зданий, шума и атмосферы города. Для меня сельская местность слишком тиха и пуста. Моя личная версия ада.

Моя машина подпрыгивает на неровной дороге, колеса проваливаются в выбоины, грязь летит во все стороны, а я стараюсь найти какие-то плюсы в своем решении поехать в Колд-Спрингс.

«Так и какие же в этом всём плюсы?»

Я далеко от своего бывшего и это уже что-то. От него всегда были только проблемы, но я всегда старалась находить во всем нечто хорошее.

Я продолжала игнорировать все эти красные флажки, которые замечали все, кроме меня. Я простила его, когда он нарочно разбил мою машину прошлым летом, надеясь, что он все-таки любит меня, когда было очевидно обратное. Последней каплей стало его лицо, погруженное между ног моей лучшей подруги на моем же кухонном столе.

Конечно же, этого я никогда не смогу простить ни одному из них.

Когда колесо попадает в большую выбоину на дороге, машину встряхивает так сильно, что моя гора вещей ударяется в боковое стекло и картинки из недавнего прошлого исчезают. Слава Богу. Я потратила много часов, чтобы избавится от этой сцены, которая, казалось, отпечаталась на внутренней стороне моих век. Мне нужно отвлечься, чтобы не вспоминать и не думать об этом.

По крайней мере, такова моя цель.

Возможно, здесь не так много возможностей отвлечься, но я постараюсь сохранять позитивный настрой. Эта поездка — именно то, что мне нужно: начать все с чистого листа, вдали от тех, кто разбил моё сердце, с семьей, которую я не видела много лет. Надеюсь, скоро забуду о жизни, которую оставляю позади, и, возможно, даже найду здесь то, что ищу. Что бы это ни было.

Через несколько миль я въезжаю в городок, в точь, как из фильмов: маленькие витрины магазинов, выстроившиеся по обеим сторонам от центральной дороги, и единственный светофор на всю округу. Я проезжаю мимо продуктового магазина и банка, что уже неплохо. Также ловлю на себе любопытные взгляды прохожих, прогуливающихся по тротуару.

И меня это не удивляет. В этом крошеном месте, наверняка, все знают всех. Уверена, что у них есть мысленный реестр всех местных автомобилей, и моего в нем нет. Если добавить к этому набитое битком заднее сиденье и наклейки на бампере, становится ясно, что я точно не местная.

Я нажимаю на газ чуть сильнее, проносясь мимо последних зданий и въезжаю на бесконечное поле. Но уже через десять минут я подъезжаю к фермерскому дому моих тети и дяди. Он прекрасен, прямо как с открытки, с верандой и идеально белым фасадом. Округлые окна смотрят на меня как любопытные глаза, когда я глушу двигатель и нервно выхожу из машины.

Несмотря на открытое пространство, мне становится трудно дышать. Меня охватывает жуткое чувство, волосы на руках встают дыбом, по позвоночнику пробегает неприятная дрожь, и я пытаюсь это объяснить.

Возможно, это магнитные бури заставляют мои легкие сжиматься сильнее — конечно, не самая странная вещь, которую я могла бы придумать, но явно не самая логичная.

Наиболее вероятный виновник — нервы.

Я толкаю бедром дверь автомобиля, чтобы закрыть ее, и как раз в этот момент входная дверь со скрипом открывается. Тетя Марта выходит на крыльцо, ее светлые волосы лежат идеальными локонами вокруг лица, и она приветствует меня ослепительной улыбкой.

— Ну, привет, сладкая, — говорит она с южным говором, как я и запомнила. Долли Партон определенно бы одобрила.

На ней свободные джинсы, из-под которых выглядывают носки поношенных ковбойских сапог, и красный топ с длинными рукавами.

— Джон, — кричит она через плечо в дом. — Кэсс здесь!

Она не ждет своего мужа и спускается по ступенькам с раскрытыми объятиями. Я не любительница обниматься, но знаю, что здесь так принято. Мне лучше привыкнуть к объятиям, светской беседе и протяжному акценту, если собираюсь какое-то время пожить в Колд-Спрингс.