Навеки желанная

ПОЛНОЕ ИЛИ ЧАСТИЧНОЕ КОПИРОВАНИЕ БЕЗ УКАЗАНИЯ ГРУППЫ И ПЕРЕВОДЧИКОВ — ЗАПРЕЩЕНЫ!

Книга не несёт в себе никакой материальной выгоды и предоставлена исключительно в ознакомительных целях. Просьба удалить после прочтения. Спасибо!

Переведено для группы WonderlandBooK

Переводчик, редактор и оформитель: inventia

Маттиас

Сегодня я убью этого человека. Я пообещал своему клану, что отомщу за увечье Акселя и убийство его пары, и вот я приехал сюда на Тихоокеанское побережье, хотя предпочёл бы быть дома в Стокгольме, наслаждаясь жизнью, а не скрывать вампирскую природу. Но мой долг — отомстить за пару Акселя, Луну. Я его не подведу.

Ветер шелестит листьями, и на каждом шагу под ногами хрустят сухие, ломкие ветки. На мгновение чувства накрывает зловоние разложения от стоячего пруда, смешиваясь с запахом древесного дыма в воздухе. Я заставляю себя контролировать и концентрировать внимание. Не могу позволить окружающей обстановке затмить намеченную цель.

К моей жертве присоединяются ещё два человека, и теперь я слышу три сердцебиения. Судя по запаху пива, мои догадки подтвердились. Тот, кого я ищу уже вышел из игры. Охотники должны быть быстрыми, с отличной реакцией и опасными. Эти двое небрежны, а моя цель уже подшофе. Всё упростилось до состояния прогулки в парке.

— Принёс? — спрашивает один тонким голосом. У него начинается ломка, я чувствую её приближение по биению его сердца.

— Я же говорил, что больше не употребляю. Только выпивка и сигареты. Наркота сильно мозг туманит, а у меня есть работа.

Третий парень смеётся, затем, судя по тому, что мне видно сквозь кусты, садится на упавшее бревно и затягивается сигаретой.

— Держу пари, ты продолжаешь думать, что вампиры реальны. У тебя крыша поехала. Может нам стоит запереть тебя в психушке.

Охотник рычит, его злость витает в воздухе.

— Верь, во что хочешь. Я не стану опять объяснять принципы своей работы.

— Блин, чувак, ты грузишь.

Я чуть сдвигаюсь, и грёбаный сурок выскакивает из куста передо мной. Он бежит и громко шуршит листьями, привлекая внимание к моему местоположению, и я делаю всё возможное, чтобы слиться с темнотой.

Охотник оглядывается через плечо, и я прячусь в тени деревьев. Люди не могут меня увидеть, тем более знать, что я здесь. Может, охотник и пьян, но всё же он — охотник. Если я недооценю его, подвергну себя риску.

— Пошли, — говорит он. — Уйдём из этого чёртового леса и посмотрим, какие неприятности можем устроить, прежде чем мне выйти на другую работу.

— О, я знаю. Я уже несколько недель смотрю на одну красотку. Выясним, может ли она веселиться.

Мне всё равно, кто это сказал, потому что они выйдут на публику. А убить охотника в центре города я не смогу. Я мог бы уничтожить их всех, но гарантий, что охотник не станет отбиваться, нет. Уверен, по крайней мере, один кол один держит при себе, а, возможно, и серебряный клинок. Нужно застать его врасплох, а сейчас моё прикрытие, вероятно, раскрыто. Он слишком торопится уйти. Чёрт.

Я позволяю им добраться до опушки леса — отвратительный запах их немытых тел становится всё слабее — затем следую за ними.

Сегодня он умрёт.

Лейни

— Большой карамельный мокко с взбитыми сливками и черничной булочкой. Что-нибудь ещё? — спрашиваю я, протягивая заказ через стойку. Запахи тёплой карамели и черники наполняют воздух, и я позволяю им успокоить напряжение… Хотя бы на мгновение.

— Я же просила без сливок, — возражает женщина, корча мину. — Вы, баристы, хоть что-то можете сделать правильно?

Я внутренне съёживаюсь. Очередь уже тянется за дверью, а я совсем одна, потому что мой единственный сотрудник снова больна. Ропот людей в очереди заставляет меня произнести:

— Простите, я уберу сливки.

Она фыркает и качает головой.

— Я и так уже опаздываю.

Затем разворачивается на каблуках и уходит.

Никаких чаевых.

И так весь день. С самого рассвета я ношусь колбасой, и к шести часам вечера вымотана. Я пересчитываю кассу, кладу депозит в сейф и мою кофейню, пока она не заблестит. Когда я выхожу на улицу, уже стемнело, и холодный воздух Тихоокеанского Северо-Западного вечера навевает холод. С каждым выдохом изо рта вырываются облачка пара, и я засовываю руки в карманы шерстяного пальто, пытаясь согреться. Городок в стиле Скандинавии, где я живу, уже затихает. Сейчас слишком рано для завсегдатаев пивоварни и слишком поздно, чтобы небольшие кафе оставались открытыми. Но в эти выходные? Городок будет забит туристами, которые приедут посмотреть на знаменитые исторические достопримечательности.