На суше и на море - 1983

Очерк

Худ. Н. Хорина

Я родился и вырос на Енисее. Одна из пятнадцати главных рек земного шара — моя родная река. Свистки енисейских пароходов тревожили воображение мальчишек, обещая путешествия в дальние края, на Таймыр, к Северному Ледовитому океану.

Зов реки был столь сильным, что в молодые годы я две навигации ходил по Енисею в команде теплохода. Мы на своем судне пересекали полярный круг, поднимались по главным енисейским притокам, которые тогда именовались «дикими реками», отваживались выходить в Карское море. Первая моя книга — она увидела свет свыше сорока лет назад — рассказывала об этих плаваниях, о притягательной жизни на реке.

Я навещаю родные края так часто, как могу. За долгие годы вдоль и поперек изъездил большую часть Сибири. И хотя главный магнит для меня, как и прежде, Енисей, последнее время нередко заглядываю на Обь, в Новосибирск, с которым у меня тоже кое-что связано. Заглядываю и в нефтяное Приобье, с которым прежде меня ничто не связывало, но без него теперь нельзя ни узнать, ни понять сегодняшнюю Сибирь.

О Сибири пишут немало. Думаю, что будут писать еще больше, не боясь исчерпать тему. Слишком многое значит Сибирь в жизни страны. И ее, значение не ограничивается пределами Советского Союза. Часто вспоминаю слова французского журналиста Пьера Рондьера, впервые услышанные в шестидесятых годах:

— Сибирь, по территории в полтора раза большая, чем, к примеру, США, уже и сегодня давит весом производимой ею стали и угля на судьбы мира. А через тридцать — сорок лет непрерывного движения, в результате всепоглощающего мирного труда, она может к началу XXI столетия возглавить таблицу мировых производителей. Сибирь восхищает, завлекает, пугает и поражает. Она существует, сказочная и необъятная. И тот, кто ничего не знает о ней, не знает будущего нашей планеты.

А ведь этот журналист во многом прав. Сибирь, мощно развивая производительные силы, уже теперь, за два десятка лет до наступления нового века, вышла в ряды мировых производителей нефти и газа. Она могучий источник электрической энергии. Она поднимает титанические запасы своих углей. Она Собирается напоить своими водами гигантские пространства, превратив их в плодороднейшие поля.

Хрестоматии, газетные статьи, учебники географии напоминают: три четверти, больше половины, около половины… Нефть, газ, уголь, руды, леса… К востоку от Урала — главный склад наших природных национальных богатств. Трудно их точно подсчитать, а точно оценить — невозможно. Некоторые ученые полагают; что не будет большой ошибкой говорить примерно о трех четвертях всего, на что расщедрилась природа для нашей страны; речь идет, разумеется, о главных сырьевых и энергетических ресурсах.

Мы иногда забываем, чем была Сибирь до революции. Возьмем же в руки «Курс географии России», изданный в 1917 году, как раз накануне Октября. Что говорилось там о краях к востоку от Урала?

Учебник сообщал, что в Западной Сибири население занимается земледелием и охотой, а отчасти — горным промыслом. Есть каменный уголь, руды и ценные камйи, но добывается их очень мало. Промышленность «развита слабо» и представлена нреимущественно мельницами, винокуренными и кожевенными заводами.

В Восточной Сибири среди используемых природных богатств учебник называл золото. Остальные полезные ископаемые лишь бегло перечислялись, поскольку «обрабатывающая промышленность, как фабричная, так и кустарная, здесь почти не развита».

Да, о некоторых сибирских природных богатствах было известно давно. Однако бездарное царское правительство использовало лишь ничтожную их часть. Настоящее, хозяйственное освоение Сибири началось при Советской власти и усиливалось от пятилетки к пятилетке.

Подлинно «звездным часом» Сибири стало последнее десятилетие. Никогда ранее государство не выделяло столько средств на подъем ее народного хозяйства, причем эти затраты быстро окупались. Темпы развития Сибири значительно опередили общесоюзные.