На расстоянии дыхания

Опять этот крашеный…

Один только вид парня, стоящего напротив него возле лифта, колбасил Ивана не по-детски. И вроде бы чего так возмущаться про себя? Ну стоит он себе, вальяжно опираясь на перила локтями, ну скрестил он ноги и одну поставил на носок, ну втыкает себе в телефон человек. Тебе какое дело, Иван Алексеевич? Ты взрослый мужик, солидный человек, работающий в крупной фирме. Ты сделал для себя всё, что хотел. К чему сейчас забивать себе голову пареньком, стоящим напротив?

И вроде бы Иван Алексеевич Холодов понимал, что его раздражение совершенно не обосновано, что нужно снисходительнее относиться к молодёжи. Но не мог. От слова "совсем". При этом бесился он только при виде конкретно этого блондинисто-крашеного тела. На всё остальное реагировал спокойно, рассудительно, по-взрослому так. А тут как с катушек срывался.

Конечно, явно показывать своё недовольство Иван Алексеевич не собирался. Зачем? К чему ему потом всевозможные разговоры и пересуды. Внешне нужно сохранять спокойствие, мило улыбаться и не реагировать. Ну и пусть в душе бушует вулкан страстей, внешне – никаких эмоций. Скала. Кремень. Бездушное создание.

Еще и эти волосы… Нахрена, а главное, зачем отращивать такую чёлку? Вот что она даёт? Плюс 5 к привлекательности? Да ну кто такое вообще придумал! По бокам коротко-коротко, и этот хаер сверху. Ещё и выкрасил зачем-то. Иван Алексеевич давно уже приметил, что у корней волосы у паренька темнее, русые или что-то вроде того.

Он мысленно одернул себя: к чему вообще так пристально рассматривать ненавистного соседа, ведь только хуже делаешь? Но Иван Алексеевич не мог не смотреть. Это пижонское чудо стояло перед его глазами, водило пальцем по телефону, чему-то улыбалось.

Улыбка была красивая, действительно красивая. Не слишком пухлые губы, чётко очерченные, нежно-розового оттенка. Красивое, красивое. Идеальный овал лица с чуть заострённым подбородком,  прямой небольшой нос. Наверное, этого пижона можно было назвать симпатичным, если бы он не раздражал до глубины души.

Сам Холодов тоже был далеко не урод. Конечно, и завидным красавцем тоже не был. Всё было среднестатистическим, без излишних изысков. Его всё устраивало, всех, кто был рядом, тоже всё устраивало. Всё всегда было в порядке.

И он очень надеялся, что "всё в порядке" будет продолжаться и здесь, в доме, где он только недавно приобрёл квартиру. Комфортная, просторная двушка была идеальным вариантом для холостяцкой жизни. Всё устраивало: и вид из окна, и наличие бесплатной парковки, и исправная коммуникация. Не устраивало только одно: наличие блондинистого соседа, который с самого первого дня бесил Ивана Алексеевича только лишь своим существованием.

Всё началось ещё в момент переезда. Холодов перетаскивал коробки, полные различного бытового хлама. Когда уже дело подходило к концу, нёс последнюю коробку, тут на него налетел какой-то парень, свалив с ног. Коробка отлетела в сторону, Иван рухнул на бетонный пол подъезда, смачно ударившись задницей. Сверху на него приземлился этот самый парень. По инерции, чисто случайно, Ваня заключил его в объятия, крепко прижав к себе, а паренёк впечатался лбом об широкую грудь.

Когда парень поднял глаза, Иван Алексеевич просто утонул в серой бездне. Взгляд паренька был удивлённый, а в обрамлении густых ресниц выглядит почти волшебным. Иван Алексеевич залип на эти глаза и понял, что ничего красивее в жизни не видел. Даже не заметил, что продолжает крепко сжимать паренька в своих объятиях.

– Сначала познакомься, потом зажимай, – проворчал паренёк, пытаясь подняться. Однако сцепленные за спиной руки не давали ему этого сделать. – Ну, чего уставился? Отпусти, говорю!

С Вани тут же слетела пелена очарования, её место тут же заняла волна раздражения. Да что он себе позволяет! Мало того, что налетел на него из-за угла, так ещё и возмущается! Лучше бы спасибо сказал, что не расшиб себе лоб о бетон. А вот задница самого Ивана пострадала достаточно сильно.

Он все-таки разжал руки и выпустил паренька. Тяжесть тут же исчезла с его тела, паренёк резво пришёл в вертикальное положение.

– Смотреть надо, куда идешь, – буркнул Иван, вставая с пола.

Паренёк окинул взглядом фигуру Ивана, презрительно хмыкнул.

– Было бы на что смотреть ещё, глядишь, и не врезался.

Иван задохнулся от возмущения, но ответную реплику не выдал. Зачем обострять конфликт? Паренёк хмыкнул и тут же испарился с поля зрения. Иван встал, отряхнулся, собрал рассыпавшиеся вещи из коробки. Надо просто постараться забыть об этом инциденте и продолжать дальше мирно жить.