На практике в лесу

Начало июля. Утро. На небе ни облачка. Солнце, поднимаясь всё выше и выше, быстро входило в силу. Солнечные лучи, пока ещё не особо жаркие, но на редкость яркие, пробившись сквозь густую темно-зелёную листву, весело засверкали на стекле широкого канцелярского стола, но за столом сейчас было не до веселья. Здесь шёл серьёзный разговор.

– Так, значит, – секретарь комсомольской организации лесного техникума Павел Ромашов постукивал указательным пальцем по краю стола и внимательно смотрел на понурые лица учащихся третьего курса Закадыкина и Корытова, – вы будете проходить практику в Зуйском лесхозе? Так?

Ромашову очень хотелось смотреть прямо в глаза своим собеседникам, как его учили на недавних курсах молодого партийного актива, но собеседники глаза старательно прятали, разглядывая что-то под столом секретаря.

– Так, Корытов?! – секретарь повысил голос, чтобы мгновенно определить – кто есть кто в этом кабинете и приступить к постановке задачи подчинённым. Этому тоже его учили на курсах, и теперь Ромашов старательно проверял теорию практикой.

– А чего сразу я-то? – буркнул Витька Корытов, не поднимая глаз. – Закадыка, вон, тоже едет…

– Знаю! – хлопнул по столу ладонью Ромашов. – Потому и вызвал вас вместе…

– А чего сразу нас-то? – никак не хотел униматься Корытов. – Вся группа наша уезжает, а мы-то чего? Вон, Петьку Савостина вызвал бы, он же в комитете у вас…

– Вас-то чего вызвал? – секретарь нарочито медленно встал из-за стола и подошёл к учащимся, как говорится, вплотную. – Спросить хочу: что у нас будет на следующий год? Корытов… А?

– Чего, чего, – засопел Витька, непременно ожидая какого-нибудь подвоха от главного комсомольца техникума. – Диплом мы защитим… Потом в армию… Вот, чего.

– Диплом! – Ромашов даже ногой топнул, чтоб придать своему возмущению наигрознейший вид. – Мелко мыслишь, Корытов! Всё только о себе да о себе, а я тебя во всесоюзном масштабе спрашиваю. Тридцатая годовщина победы над фашистами будет отмечаться на следующий год. Понял?!

– Это-то ясно, – кивнул Витька. – Это все знают…

– Раз ясно, – секретарь опять сел за стол, – тогда слушай комсомольское поручение на практику!

– Чего?! – учащиеся быстро подняли головы и удивлённо посмотрели на секретаря. – Нам уже дали задание! Отчёт должен быть не меньше пятидесяти страниц! А еще схемы с диаграммами! И попробуй не сделай, так Иван Иванович таких пендюлей выпишет, что подпрыгивать замучаешься. Когда нам ещё другое-то поручение делать?! Не успеем!

– Успеете, – с радостью взялся тренировать свой уверенный взгляд руководителя Ромашов. – На то вы и комсомольцы, чтоб всё успеть! Партия сказала надо!

– А чего мы одни, что ли, комсомольцы?! – ершился Витька. – У нас вся группа такая! Нашли крайних!

– Но только вы двое едете в Зуйск! – чуть поперхнулся Ромашов, но быстро вновь настроился на руководящий лад. – А потому больше некому собрать материалы о партизанском движении в Зуйских лесах. Вот! Вы же знаете, что Зуйск освобождал первый секретарь нашего райкома. Помните, он на встрече с нашими студентами об этом рассказывал?

– Помним, – дружно соврали Корытов с Закадыкиным и тяжело вздохнули.

– Вот потому и доверено вам это важное дело, – ещё строже продолжил речь Ромашов. – Соберёте материалы и подготовите доклад с фотографиями ветеранов. Понятно?! Я обещал первому подготовить информацию о Зуйске. Поняли? А насчёт других не сомневайтесь – они тоже своё получат.

Корытов ещё немного поголосил о своей занятости во время практики и о строгости характера руководителя практики – Ивана Ивановича Семёнова, но секретарь комсомольской организации остался непреклонным и велел «катиться колбаской» из кабинета.

– Да, пошёл он лесом! – продолжал возмущаться Витька уже на крыльце старинного особняка, в котором были устроены аудитории лесного техникума. – Чего он нам сделает?!

– Сделает, – вздохнул Гена Закадыкин. – Я на «красный диплом» иду и хочу на следующий год лесотехнический институт поступать. Так Ромашка нагадить запросто может, а я своего всегда добиваться привык. Не хочется времени терять. Так что, придётся нам с тобой, Витя, партизан по Зуйским лесам искать. Никуда не денешься…

– Я, вообще-то, не против, – махнул рукой Корытов, – только Ромашка достал уже так, что дальше некуда. Год назад, когда учился на четвёртом курсе, нормальным ведь пацаном был, а как назначили освобождённым секретарём, так сразу весь из себя стал. Зайдите в комитет… Чего не мог он просто сказать, мол, о партизанах доклад сделайте, пацаны? Я же запросто… У меня батя воевал… Я историю люблю… А вот, когда кто из себя уж очень много представляет, так это для меня – нож острый.