На пересдачу, Кэсси Рок! Вторая попытка

Так и не понять, что именно бесит в мастере Гроуве: его гладковыбритый подбородок, галстук-бабочка, насмешливый взгляд с оттенком превосходства или манера помешивать кофе. Ложечка кружила в белоснежной чашке, не касаясь фарфоровых стенок, и мне хотелось отобрать ее у Гроува и настучать по его упрямому лбу.

— Сделать тебе кофе, Кэсси? — предложил он.

— Не откажусь, — согласилась я.

Гроув достал из шкафа вторую идеально белую чашку, насыпал кофе, долил воды из кувшина. Я не успела заметить, какой он сложил знак, но кофе в чашке вскипел и даже укрылся пышной пористой пенкой.

— Сахар? — вежливо уточнил Гроув.

— Пожалуй, — кивнула я.

Неплохо бы подсластить момент. Потому что сейчас я собиралась сказать мастеру Гроуву нечто очень горькое: через три дня он умрет. Снова.

Так уж вышло, что я запустила колесо времени — древний артефакт, который сохранил меня в определенный момент: за три дня до зачета по боевым искусствам. Мастер Гроув отчего-то решил, что мне не место на его элитном факультете, и уже дважды завалил меня на зачете, после чего зачем-то отправился гулять на старое кладбище. Там его и убили. Тоже дважды.

В первый раз Гроув мне не поверил. Сомневаюсь, что поверит сейчас. Но что, если попробовать по-другому?

Я сделала маленький глоток горячего сладкого кофе и улыбнулась.

Гроув хмыкнул.

— Поначалу мне показалось, что ты пришла меня убивать, — сообщил он. — Такое лицо было… Милое, но немножко зверское. Что изменилось, Кэсси? Кофе вернул тебя к жизни?

На языке так и вертелся ответ, что вообще-то это он, мастер Гроув, вернулся к жизни. Благодаря мне. А кофе тут ни при чем.

— Я изо всех сил готовлюсь к зачету, — начала я. — Мне попалась трудная задачка. Не поможете?

— Я весь внимание, — снисходительно сообщил он.

— Она такая, больше на размышления, — я неопределенно покрутила рукой в воздухе. — И, наверное, на логику. Итак, условия. У нас есть маг, с отличной подготовкой. Есть место силы, вроде тех, что разбросаны по холмам академии. Действие происходит в полнолуние. Вопрос: какая нежить может убить нашего мага, а именно — вырвать ему сердце?

Гроув отпил кофе, облизнул губы.

— И это все? — спросил он. — Больше данных нет?

— Ну, — я задумалась. — Еще там был слышен дикий вой.

— А маг не мог сам орать? — уточнил Гроув. — По идее, это не очень-то приятная смерть.

Чуть не ляпнула, мол, вам виднее.

— Я чую какой-то подвох в твоем вопросе, Кассандра, — продолжил он рассуждать. — Что мы знаем о маге? Какая у него специальность?

— Боевик, — ответила я. — Очень хороший.

— А что он там делал, в этом месте силы?

Я пожала плечами.

— Неизвестно. Возможно, копал.

Хотя лопаты при нем не нашлось.

— Я практически исключаю вариант несчастного случая, — добавила я, и Гроув согласно кивнул.

— Задача явно неполная. Не хватает условий. Если маг боевик, да еще и хороший, то его не могла убить нежить, пусть даже в полнолуние она наиболее активна. Мой ответ: с твоим боевиком явно что-то не так.

— А что? — заинтересовалась я и подалась вперед.

Вот сейчас Гроув поднесет мне на блюдце секрет своей смерти!

— А это ты мне и расскажешь, — злорадно улыбнулся он, сверкнув зубами. — На зачете. Смотри, какой хороший вопрос! Да еще и сама придумала. С такой фантазией тебя с руками оторвут на маготворчестве! И на кулинарном будут рады. А хочешь, научу тебя заваривать кофе с пенкой? Мой секретный рецепт. Но взамен ты пообещаешь, что выберешь другой факультет, не боевку.

Я вздохнула. Увы, этот вариант тоже не прокатил.

— Через три дня вы умрете, — сказала я.

— Или вот на предсказания иди, — добродушно посоветовал Гроув. — Только делай замах шире: сразу обещай конец света. Подбери какую-нибудь дату с шестерками…

Я все еще сердилась на него, но злость почти скрылась под жалостью. Как будто горький кофе под сладкой молочной пенкой — совсем другой вкус.

Мастер Гроув сидел напротив меня, весь такой уверенный, сильный, шутил. Нельзя допустить, чтобы его не стало. Это неправильно!

— Я запустила колесо времени, — продолжила я. — Снова.

Кассандра Рок сидела напротив, пила его кофе и несла всякую дичь. Про хромых лошадей, приходящих к финишу первыми, про мастера Шу то в оранжевом, то в голубом, про завтрашний дождик и про его, Честера Гроува, скорую смерть. Вроде как ему вырвали сердце и окропили кровью землю у старого кладбища: жестоко, эффектно, вранье.

— Колесо времени невозможно использовать, — сказал он, умудрившись вклиниться в ее монолог. — Его охраняют стражи некроса, а еще мытарь. Артефактор встроил в колесо неупокоенную душу и тем самым допустил роковую ошибку. Мытарь не подпускает к колесу никого. Я лично думаю, что, возможно, и нет никакого колеса.

Кассандра умолкла, но Чес не распознал первых признаков надвигающейся беды. Даже порадовался внезапному затишью перед бурей. А потом ее изумрудные глаза влажно заблестели, а пухлые губки задрожали.

— О, нет, — с тревогой произнес Чес. — Кэсси, только не это!