На острове
Описание
В поэме "На острове" Густава Даниловского описывается борьба духа с темными силами, переплетение судьбы и желания царить над ней. Автор исследует темы свободы, насилия, и вечного стремления к новым идеям. Поэма полна ярких образов, философских размышлений и драматических переживаний. Действие происходит на таинственном острове, где развертывается турнир поэтов, и главный герой, поэт Даймон, проявляет глубокое понимание судьбы и страданий человечества.
Бог из сумрачных сил, затаенных во мгле.
Вывел духа источник и все на земле
Он смешал – и с неё снял он длани.
С той поры дух желает царить над судьбой;
С темнотою инстинктов, с стихией слепой
Бой ведет, совершенствуясь в брани.
И творенья весы в колебаньи всегда;
И начало борьбы возникает
На вершинах тех духа, где гибнет нужда,
Где свобода свой стяг поднимает.
А порой в безграничном просторе миров
Раздаются удары звенящих часов
Безконечности – грозно и сильно.
Мир поносит героев тогда и клянет,
На алтарь увлеченья и веры плюет,
И, как в тачку закованный ссыльный,
В колесницу слепой и жестокой судьбы
Запрягаясь, сдается он ей без борьбы.
И измученный дух замирает
И могущество зла и насилья ростет…
Но не вечно суровое время невзгод —
Новой жизни заря наступает.
В дни, когда не хватает дыханья в груди
И не видно отрадных надежд впереди,
И Злой Рок угнетает народы, —
Дух пол игом рождает огонь для людей,
В мир несет его в образе новых Идей
И костер зажигает свободы.
Над островом высоким караваны
Лучистых звезд плывут и между них
Путь Млечный тихо вешает туманы
Серебряные… Берег моря тих.
Грядою скал задержанные волны
Невольно изменяют ровный ток
И, злобой на свою преграду полны,
Дрожа сверкают, как стальной клинок.
Над берегом огней потухли очи,
Безмолвные дома уныло спят,
За ними льют сады свой аромат,
Окутаны весенней негой ночи.
На площади зато и шум, и звон!
Там праздник песни жители справляют
И в короли сегодня избирают,
Как требует обычай и закон,
Того, чья песнь прольется всех звучнее
И привлечет сердца людей сильнее.
Торжественный готовится турнир;
Народ на площадь точно лава льется;
Толпа шумит и у трибуны жмется,
Одетая нарядно, как на пир.
Зажглись костры веселыми огнями,
И колокол ударил над толпами
И возвестил, что начался турнир.
Были дни… Как лава из груди вулкана,
С острова на землю через мглу тумана
Свет-лился… Потушен этот дивный свет!..
И лежат в обломках прежния святыни.
Новый храм Молоха там вознесся ныне,
В нем же нет святыни и героев нет.
Миновали, скрылись дни, когда поэты
Новые знамена гордо вознесли —
И на них читались чудные заветы
Равенства, свободы, счастья для земли.
Верилось тогда, что дух разрежет звенья
Всех цепей, что новый засияет свет…
И народ земли стремился в пыл сраженья.
Дни те миновали и следа их нет.
Стал богат и славен остров величавый!
Только дух, объятый гибельной отравой,
Измельчал, как карлик, мощь свою губя.
Остров жил и думал только для себя.
И, отрезан жизни шумным, грозным морем
От земли печальной, с ней порвал союз;
Он земле оставил труд с тяжелым горем,
Взяв себе веселье, пир и голос муз.
Доблестный король сошел тогда в могилу;
Смелостью подобный гордому орлу,
Он в себе носил уверенность и силу,
Проникал он взором будущего мглу.
Чувствуя, что близко новое теченье,
Мучился король – и в горестном томленьи
Много сил собрал в душевной глубине;
Он забыл о славе, о восторге шумном
И летел мечтою к гибнущей стране.
Мудрецы прозвали короля безумным
За стремленья эти… А король желал
Жизнь свою окончить славными делами.
Но напрасно чудной власти над сердцами
Требовал король и Бога умолял,
Изменить желая, что неотвратимо:
Видел он с тоскою, что его друзья
Зло в себе таили, пропуская мимо
Муки угнетенных, горе бытия.
И по их сердцам, как молния по стали,
Похожие книги
Война и мир
«Война и мир» – это не просто роман о войне, но и обширное полотно жизни, охватывающее различные социальные слои и судьбы героев. Лев Толстой мастерски изображает сложные человеческие отношения, раскрывая внутренний мир персонажей и их реакции на исторические события. Произведение пронизано философскими размышлениями о жизни, смерти, любви, чести и смысле существования. Роман-эпопея, отражающий глубину мироощущения и философии Толстого, остается актуальным и по сей день, исследуя вечные проблемы бытия.
Партизан
В новой книге "Партизан" автор Алексей Владимирович Соколов и другие погружают читателей в реалии партизанской войны. Роман, сочетающий элементы фантастики и боевика, рассказывает о старшине-пограничнике, в котором "скрывается" спецназовец-афганец. Действие разворачивается на оккупированной территории, где главный герой сталкивается с жестокими сражениями и сложными моральными дилеммами. Книга исследует роль спецслужб в создании партизанских отрядов и их вклад в победу в Великой Отечественной войне. Авторский взгляд на исторические события, смешанный с элементами фантастики, увлекает читателя в мир борьбы за свободу и справедливость.
Александр Башлачёв - Человек поющий
This book delves into the life and poetry of the renowned Russian poet, Alexander Bashlachev. It offers a comprehensive look at his work, exploring themes of existentialism, disillusionment, and the human condition. Through insightful analysis and captivating excerpts, readers gain a deeper understanding of Bashlachev's poetic voice and its enduring impact on Russian literature. The book is a must-read for fans of poetry and those interested in Russian literature and biography. This biography is not just about Bashlachev's life but also about his artistic journey and the profound influence his poetry has on the reader.
Поспели травы
В книге "Поспели травы" представлены проникновенные стихи Дмитрия Дарина, доктора экономических наук и члена Союза писателей России. Стихи, написанные в 2002 году, отражают глубокое чувство любви к Родине и размышления о судьбе России. Более 60 песен, написанных на стихи автора, вошли в репертуар известных исполнителей. Книга включает исторические поэмы, такие как "Отречение", "Перекоп", "Стрельцы", "Сказ о донском побоище", а также лирические размышления о жизни и природе. Переводы стихов Дарина существуют на испанском, французском и болгарском языках.