На крыльях любви

Серебристо-серый «порше» осторожно пробирался сквозь плотный транспортный поток утреннего Сити[1] и наконец затормозил у внушительного здания в викторианском стиле, в котором ныне обосновалось главное управление банковской империи Гамильтонов.

Высокий темноволосый мужчина выбрался из машины и на ходу бросил ключи подбежавшему швейцару.

— Она в вашем распоряжении, Бенсон, займитесь ею, — произнес он, с силой растирая виски.

— Выдалась тяжелая ночь, господин Гамильтон?

— Хуже не бывает! — с ухмылкой кивнул Лео и направился к дверям.

Едва лифт поднял его на второй этаж, навстречу ему поспешила личная секретарша.

— А, вот и вы, господин Гамильтон! — воскликнула она. — Ваш дядюшка ждет вас в десять часов.

— По какому поводу?

Женщина покачала головой.

— Не знаю, сообщение передала его секретарша. Хотя, возможно, это касается той пресс-конференции, что назначена на… — она посмотрела в записную книжку, — на половину двенадцатого. Да, звонила ваша мама и сказала, что очень хочет с вами увидеться. И… примите мои самые искренние поздравления. Я уверена, вы будете счастливы.

— Мм? — Он метнул на нее недоуменный взгляд, но в подробности решил не вникать.

Оказавшись наконец в своем кабинете, Лео швырнул дипломат на черный кожаный диван, уселся в просторное кресло и обратил утомленный взор на секретаршу, замершую в дверях.

— Вот что, Дора, не соединяйте меня ни с одной живой душой, пока я не выпью чашку кофе. Очень крепкого. А вообще-то, — на его губах появилась обольстительная улыбка, — если приготовите мне три чашки, цены вам не будет. Обещаю любить вас до конца своих дней. — Улыбка исчезла, и он, прикрыв глаза, со стоном привалился к спинке кресла.

— Похоже, прошлой ночью вы праздновали какое-то событие, — заметила Дора, спустя несколько минут, когда ставила перед ним поднос с первой чашкой крепчайшего кофе.

— Вам бы прорицательницей быть, а не секретаршей.

Лео тяжело вздохнул, в который раз спрашивая себя, какого черта он согласился пойти на холостяцкую вечеринку к Алану Мортону? Она началась в пятницу и продолжалась весь уик-энд. Мда… очевидно, мать не так уж и занудствует, утверждая, что он уже далеко не юноша, чтобы проводить бессонные ночи, предаваясь радостям любви и непомерным возлияниям. Может, и вправду пришло время остепениться и обзавестись семьей?..

— По-моему, это может вам пригодиться, — прервала его размышления секретарша и протянула ему солнцезащитные очки.

— Дора, вы ангел! Ну что бы я без вас делал?