На крыльях демона

Я стояла в лесу, тонкие деревья были окутаны сине-зелеными сумерками, что быстро прибыли с востока. Я была одна, и лишь светлячки летали в воздухе, пахнущем хвоей, над моей головой. Мое тело ощущалось странно, словно у меня была лихорадка, руки и ноги то покрывались мурашками от холода, то покрывались потом от жара. Я не знала, где была, может, у реки, куда ходила раньше в этот день, но шум воды не было слышно.

Я не помнила, как попала сюда, почему я была в ночной рубашке, но я не переживала и не боялась.

Впервые за долгое время я не боялась.

— Перри…

Я услышала свое имя в коснувшемся моих волос на плечах ветре, он улетел от меня в синем свете. Я шла за ним быстро и тихо по влажной траве.

Я отодвигала ветки деревьев, слышала странные голоса из темных мест вокруг.

Они звучали отдаленно. Кто-то кричал. Было похоже на мою сестру.

Я шла по поляне, ускоряя шаги, тьма сгущалась все быстрее. Наконец, я увидела его, того, кто звал меня.

Он сидел на бревне спиной ко мне, камера лежала рядом с ним, ее свет озарял деревья, добавляя огня светлячкам.

Я шла к нему, словно меня тянуло магнитом. Я не могла остановиться.

Он не дрогнул, пока я не встала за ним. Он поднял голову, не оглядываясь на меня. Ветерок нежно убрал его волосы назад. Запах «Олд Спайс» и «Никоретте» ударил мне в нос.

Я ненавидела этот запах.

— Перри, — сказал он, и это точно был голос Декса. — Я думал, что больше тебя не увижу.

— И не увидишь, — ответила я.

Я подняла руки, прижала их к его холодному лицу и быстрым движением сломала его шею с треском, разнесшимся по тихому лесу.

Декс рухнул на землю и не двигался.

Мертвый.

Я улыбнулась и пошла прочь.

Я содрогнулась, чуть не разлив кофе. Не кофе, а горячий, без пенки, тройной, с золотой пылью и магией прекрасный капучино.

Я быстро посмотрела на Ларри, он нетерпеливо ждал свой кофе в бумажном стаканчике. Он крепко сжимал губы, его глаза так пристально смотрели на баристу, что нельзя было не поежиться.

Я взяла себя в руки — последний раз я позволяла себе думать о пугающих снах на работе — и вручила ему кофе с улыбкой.

— Хорошего дня! — воскликнула я. Зараза.

Ларри забрал напиток из моих рук, словно я могла вылить его ему на голову (вполне возможно), посмотрел на меня с презрением и покинул кофейню.

Я выдохнула с облегчением и закрыла глаза. Головная боль уже была в пути.

— Эй, Перри, как ты? — спросил Эш.

Я подняла голову и напряженно улыбнулась коллеге. Я могла притворяться бодрой с покупателями, но не с Эшем.

— Просто погода влияет, — робко сказала я. Я работала в кофейне шесть недель, и каждый день страдала от ужасной головной боли, тошноты, головокружения и вздутия. О, и от разбитого сердца. Я старалась жаловаться как можно меньше, потому что не хотела, чтобы менеджер, Шэй, пожалела, что наняла меня, но порой это было сложно скрывать.

Эш был очень наблюдательным. Он был на пару лет младше меня и вел себя как следователь, но из-за нехватки денег ему пришлось работать баристой дольше, чем ему хотелось. Я была не лучше.