На фиг нужен!

Издание осуществлено при содействии литературного агента Н.Я. Заблоцкиса

Оформление серии А. Старикова

Вот кто-кто, а эти двое – точно пара! Миша и Маша. Дружные, счастливые и, ко всему прочему, похожие друг на друга как две капли воды. Некоторые даже думали: «Брат с сестрой». А что? Оба невысокого роста, светловолосые. Не сказать чтобы особо симпатичные, зато обаяния каждому с лихвой отмерено. Оттого-то и врагов у них не было и завистников, одни друзья-товарищи, не перестававшие удивляться тому, как у Миши и Маши все по-настоящему ладно да складно. Поэтому, когда эти двое объявили, что женятся, никто не удивился: по-другому и быть не могло.

Надо сказать, что в начале девяностых подготовка к свадьбе больше напоминала заседания «Клуба веселых и находчивых», потому что в магазинах ничего не было. Водка – и та по талонам. Но Миша не унывал и Машу свою успокаивал: достанем, сошьем, договоримся. Так и получилось: на фоне всеобщего разора смотрелись молодожены достойно. Платье не платье, галстук не галстук, ни дать ни взять – церемония вручения «Оскара» в областном центре. Быстренько в загсе расписались – и в музей: уж очень Машенька хотела в красивых интерьерах сфотографироваться, чтобы на память, долгую-предолгую.

В том, что Миша-Маша проживут вместе до гробовой доски, не сомневался никто из присутствующих на свадьбе. Пожалуй, за исключением Мишиной бабушки, утыкавшей костюм жениха и платье невесты не одной дюжиной булавок. «Зачем так много?» – удивилась Машенька, но сопротивляться не стала: надо так надо. Через минуту она уже об этом не помнила, а через час веселилась вместе с гостями с таким усердием, что со стороны могло показаться – завтра война. Правда, вместо сообщения о начале всеобщей мобилизации утром молодоженов Рузовых разбудил стук в дверь гостиничного номера, изначально предназначенного для иностранных гостей города – уж больно хороший вид открывался из его окон.

– Кого это черт несет? – изумился спросонья Миша и, обвернувшись простыней, поплелся к двери, вместо того чтобы по-хозяйски крикнуть: «Войдите!»

– Не открывай, – попыталась остановить мужа Машенька, но было уже поздно: в номер шагнула девица двухметрового роста, раскрашенная под африканского попугая и завернутая в мелкую черную сетку.

– Эльза, – представилась она и продефилировала, виляя задом, к разобранной постели в стопроцентной уверенности, что клиент к приему готов и уже следует за ней, облизываясь.

– Что вам нужно? – пискнула испуганная Машенька, на фоне «ночной бабочки» больше напоминающая выпавшего из гнезда растрепанного воробышка.

– За группу придется доплатить, – не удивилась появлению третьего лица Эльза и села на кровать в ожидании положительного ответа.

– Вы, наверное, номером ошиблись, – наконец-то подал голос впавший в полуобморочное состояние Миша.

– Девятьсот шестой. – Чтобы свериться, Эльза достала из-под пятки сложенную в несколько раз бумажку.

– Этого не может быть! – не поверила Машенька и протянула руку, чтобы удостовериться.

– Может, – не согласилась с ней Эльза.

– Нет, не может, – строго произнесла Маша и внимательно изучила комбинацию из трех цифр: – Девятьсот восемь! – торжествующе выпалила она и вернула бумажку с небрежно написанным номером: – Вот, смотрите…

По большому счету, последняя цифра все равно была больше похожа на цифру шесть, но теперь и самой Эльзе стало ясно, что пришла не по адресу.

– Молодожены? – безошибочно определила она и, развеселившись, послала присмиревшим новобрачным воздушный поцелуй на прощание.

– Спасибо, – поблагодарила в ответ оглоушенная визитом проститутки Машенька, и ровно через пару секунд до Рузовых донесся настойчивый стук в соседнюю дверь.

– Впустили, – прошептал жене Миша, а потом опомнился и с пафосом произнес: – Доброе утро, любимая.

– Доброе утро, любимый, – расплылась в улыбке та и похлопала ладонью рядом с собой: – Девушку заказывали?

– Заказывали! – включился в игру супруг и с удовольствием отдался порыву, мысленно представив перед собой Эльзу, поразившую его своим сетчатым одеянием и лакированной юбочкой, больше напоминавшей набедренную повязку.

Не отстала от мужа и Машенька. «Гетера!» – с восхищением подумала она о «ночной бабочке» и старательно зажмурилась: вместо нависшего над собой супруга со столь неромантичной внешностью ей вдруг захотелось увидеть кого-нибудь другого, высокого и обязательно брюнета.

В результате разыгравшееся воображение обоих заметно сократило время соития: супруги одномоментно вышли на финишную прямую и, не сговариваясь, одинаково выдохнули. Игра удалась, хотя о своих тайных предпочтениях ни Миша, ни Маша не сказали друг другу ни слова. Разве ж об этом говорят?!