Немного не в себе

В особняке де Мелло царила несусветная суета. Слуги сбились с ног, в сотый раз смахивая невидимую пыль, проверяя каждую из многих сотен лампочек в роскошных хрустальных люстрах и бра. Завтра все должно было сверкать, ибо произойдет событие, которого хозяйка дома ждала уже давно. Сын, Карлос Рикардо, одобрил ее выбор, и сутки спустя весь свет Каракаса будет присутствовать на приеме по случаю помолвки наследников двух состояний.

Правда, Элда Регина де Мелло предпочла бы видеть в роли наследника своего старшего, обожаемого, сына. Но, увы, несколько лет назад тот трагически погиб. Самолет, на котором Деметрио летел из Европы, взорвался в воздухе, и его горящие остатки упали в океан. Не осталось даже могилы, где несчастная мать могла бы выплакать свое горе. Поэтому сердце Элды Регины оделось ледяной броней отчужденности. Но пусть не сердцем, так разумом эта властная, целеустремленная женщина делала все, чтобы оставшиеся двое сыновей заняли подобающее им место и деловой и общественной жизни страны.

А в часе езды от особняка де Мелло, в своей очаровательной девичьей спальне — бледно-розовой с белым — сияющая Марсия Арбэлоэс в который уже раз прикладывала к себе белоснежное платье, которой ей предстояло надеть завтра. Строгое и элегантное, оно должно было подчеркнуть ее чистоту и непорочность, кроткий взгляд прекрасных бархатных глаз из-под полуопущенных ресниц и легкий румянец, столь свойственной безгрешной юности.

Марсия получила прекрасное образование и последние годы провела в дорогой частной школе при монастыре. Энрике Арбэлоэс был уже в преклонном возрасте, когда судьба подарила ему долгожданного ребенка. Подарила ли? Потому что, едва увидев прелестное крохотное создание, жена Энрике скончалась. Чтя память любимой супруги, сеньор Арбэлоэс, хотя и большой поклонник прекрасного пола, не привел в дом другой женщины.

Марсия не знала ни матери, ни мачехи. Женщины, постоянно суетившиеся вокруг нее, были в основном чужими ей: няни, воспитательницы, горничные, наставницы в монастыре. Она не нашла ни в ком из них задушевной подруги, которой могла бы излить душу. А родственники, как назло, были в основном мужчинами. Дядюшки, кузены, племянники — все как на подбор самоуверенные, высокомерные. С такими не очень-то пооткровенничаешь.

Каково же было изумление Марсии, когда более двух лет назад, встретив на одном из приемов покорившего ее с первого взгляда Карлоса Рикардо де Мелло, она нашла в лице его матери неожиданную союзницу. Да и сама девушка на какие только ухищрения не пускалась, лишь бы завоевать благосклонность темноволосого красавца, обратить на себя его внимание.

И вот мечта ее готова осуществиться. Ее мужем станет один из самых богатых, самых неотразимых молодых людей, которых ей доводилось встречать.

А в это самое время второй виновник предстоящего торжества находился совсем в другой стране.

Карлос Рикардо де Мелло пребывал в отличном настроении, поднимаясь на лифте в свой номер в отеле «Шератон». Дела, по которым он приехал в Боготу, успешно завершены, он только что хорошо пообедал, а очередной политический кризис в столице обеспечивал ему отличный повод не явиться на прием по случаю собственной помолвки. И даже матушка его, известная как самая богатая и самая властная женщина в Венесуэле, абсолютно ничего с этим поделать не сможет. Он улыбнулся своим мыслям.

Две молодые женщины, делившие с ним кабину лифта, — судя по акценту и одежде, туристки из Штатов, — заинтересованно обратили на него призывные взгляды. Карлос мгновенно перестал улыбаться, а в темных глазах появилось выражение гордого презрения, положившее немедленный конец женским фантазиям.

Карлос презирал иностранок, которые рыскали здесь повсюду в поисках сексуальных приключений. Ему претило, что его рассматривают как потенциального латиноамериканского любовника. Возможно, внешне он и соответствовал этому образу: оливковая кожа и черные волосы выдавали его происхождение, к тому же высокий рост и физическое сложение добавляли ему привлекательности. Но он никогда больше не унизится до этой роли. Хватит, обжегся!

Лифт остановился. Карлос зло смотрел в светлые затылки женщин, пока те выходили из кабины. И хотя их волосы не шли ни в какое сравнение с шелковистыми солнечными волосами Присциллы, скрывавшиеся под ними мозги, по мнению Карлоса, у всех иностранок были устроены одинаково. Для них он всего-навсего один из аборигенов, от которого ждут нового опыта чувственного наслаждения.

Ну нет, леди, перебьетесь! — яростно произнес про себя Карлос, прежде чем закрылись двери. Лифт повез его выше.