Мысли из палаты №6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Однажды неведомая сила подхватила с постели в четыре утра и направила к компьютеру. Не рассуждая, открыл новый документ и стал набирать все, что шло не от разума – от сердца.

Поставив последнюю точку, решил ничего не править. Пусть останется, как есть:

«Время лечит»… Какая чушь!.. От жизни лечит только смерть – моя смерть…

Но я до сих пор осознаю себя как личность и значит, помню все, что случилось со мной на рассвете жизни…

А что потом, когда сам стану лишь чьим-то воспоминанием? Ведь уже сейчас рядом со мной не осталось никого, кто мог бы вдруг спросить: «Толик, а ты помнишь Людочку?»

Я бы вздрогнул, как от ожога, и не ответил. Зачем?..

Вот только, что же все-таки потом, когда не будет меня?..

Похоже, останутся лишь эти строки, пока время не сотрет их за ненадобностью…

Всё…

Объявили отбой, но уснуть невозможно. Раздражал постоянный яркий свет в палате. В вечер после укола, похоже, было все равно. А вот теперь, когда действительно напряжен, как натянутая струна, не спалось. Впрочем, какая разница, если прямо со следующего дня предстоял двухнедельный сон.

Периодически в палату заходили санитары или медсестра – приходилось притворяться спящим. Однажды все-таки засекли.

– Не спится? – спросила медсестра, – Может, укольчик сделаем? – предложила она.

Отказался, сославшись на то, что она меня случайно разбудила, а так со сном все в порядке. А в палате стоял мощный храп. Напичканные таблетками и микстурой, пациенты психиатрического отделения крепко спали…

Рой мыслей, круживших в голове, не давал уснуть. Обрывки стихов сменялись яркими видениями эпизодов прошлой жизни, вызвавших создание того или иного стиха, всплывавшего в памяти. И периодически, как набат, в голове стучало: «Лю-ю-дочка!.. Лю-ю-дочка!..» Я мысленно звал любимую из небытия, разумом понимая, что все напрасно, но душой надеясь на чудо.

Ведь пришла же она на помощь в трудную минуту. Я ясно видел ее взволнованное лицо за этим зарешеченным окошком и слышал тревожный голос: «Проснись! Срочно проснись!» Такое не может присниться. Это было на самом деле, это не видение…

Потом вдруг охватило странное чувство, что кто-то таким вот необычным способом издевается надо мной. Вспомнил все прочитанное когда-то о препаратах, вызывающих галлюцинации, причем настолько реалистичные, что порой трудно отличить видения от действительности. А может, эти полковники подмешали что-то в микстуру, которую заставила выпить медсестра? Сама микстура безобидна, но с этими добавками стала для меня опасной. Они, очевидно, хотят узнать обо мне все, чтобы более успешно бороться со мной. Но я не должен выдать им главную тайну. Даже случайно. «Они ничего не узнают о моей любимой Людочке», – твердо решил я.

Приняв решение, и немного успокоившись, стал размышлять над причинами столь бурной активности этих двух полковников вокруг моей скромной персоны. Ведь никто не обращал на меня внимания, в какие бы инстанции ни обращался со своей просьбой об увольнении. И лишь когда жена обратилась в ЦК КПСС, появились те уроды. Сначала возник один полковник Кац со своей сумасшедшей собачкой. Он все же выведал один секрет – мою нелюбовь к телефонам. А потом появился другой полковник Кац – типичный провокатор, с кучей телефонов для оперативной связи с остальными мерзавцами. Он-то и упрятал меня сюда, когда я в честном поединке уничтожил его главный красный телефон.