Мышка для Котова

Котов впечатывает меня в стену и нависает сверху скалой. Сжимает запястья над головой, когда я пытаюсь вывернуться и залепить ему пощёчину.

— Тебе совсем не стыдно каждый день смотреть в глаза моей матери и в это время спать с моим отцом? — выплёвывает презрительно мне в лицо, с силой вдавливая меня в стену.

— Ты совсем что ли? С ума сошёл? — выкрикиваю, лягая его ногой по икре, на что парень шипит, но не отстраняется ни на миллиметр. — Тебе нужно прекращать пить! Последние мозги растерял, если они в твоей голове были когда-то!

— Ответь мне! Совсем не стыдно? — пальцы левой руки сжимают мои щёки, а полыхающие яростью и презрением карие глаза, впиваются в мои, широко распахнутые от страха.

Таким я Котова не видела ещё никогда. Кажется, что ещё мгновение, и он раздерет меня на части. Либо придушит, либо скинет с лестницы.

Но я не собираюсь перед ним оправдываться. Не собираюсь отвергать его бредовые, абсурдные предположения. Поэтому выгибаюсь, пользуясь своим положением, и трусь грудью о его часто вздымающуюся грудную клетку. Тело парня напрягается. Чувствую, как его пресс напрягается. Становится каменным. А пальцы на запястьях сжимаются сильнее, точно оставляя синяки.

Марк быстро облизывает губы и склоняется чуть вперёд. А я довольная полученным откликом с его стороны, приподнимаюсь на носочки и, практически прикасаясь губами к его рту, выдыхаю интимно:

— Чего ты так взбесился, котик мой? Неужели на его месте хотел оказаться?

Марк вздрагивает и выдыхает, сцепив с силой зубы. Кажется, я даже слышу их скрип. Замечаю, как на лице парня ходят желваки. Пальцы сильнее сжимают мои щёки, а карие глаза останавливаются на моих губах. Ну же, Котов! Поцелуй меня! Ты же сам этого хочешь!

— Представлял меня в своей постели, Котов? — у меня будто сорвали стоп-кран. — Представлял?

— Оставь свои игры для лошков, Мышкина, — свирепо бросает он, мотнув головой, будто пёс. — Только такой ботаник, как твой Алёша, может повестись на твои дешёвые уловки. Ты мне омерзительна, — слова болью отзываются в груди. — Кроме желания больше не видеть тебя и придушить, я не испытываю ничего.

Я закрываю на миг глаза, в которых закипают предательские слёзы. Хочется, как всегда, спрятаться в свою скорлупу, скрыться от пронизывающего до костей взгляда карих глаз, и зализать свои раны.

Но переборов себя, лукаво улыбаюсь, потираясь о напряжённое до предела тело Марка.

— Увидел в Лешеньке соперника? — вскидываю брови.

— Заткнись, Мышкина, пока я тебя не придушил, — рычит Марк. — Ненавижу тебя, — вопреки его словам, большой палец сжимающей мои щёки руки, проходится по губам, оттягивая их.

Не ожидая от самой себя, обхватываю палец парня губами и всасываю в рот, выводя узоры на подушечке. Смотрю прямо в потемневшие глаза. Наслаждаюсь тем, что чувствую, как Марк вздрагивает. Чувствую, как, казалось бы, надёжный пол уходит из-под ног. От чувств кружится голова.

— Ненавижу тебя, — шепчет вновь тихо, будто пытаясь убедить самого себя. — Ненавижу…

Завороженно смотрит на мои губы, который обхватывают его палец. Убирает руку с моего лица, закрывается пальцами в растрепанные после перепалки рыжие волосы на затылке и шепчет в самые губы, практически целуя:

— Рыжая ведьма. Сжечь тебя нужно. Ненавижу…

Больше терпеть такого накала эмоций не могу. Закрываю глаза и отдаюсь на волю своим чувствам. Ты снова проиграла, Аня. Снова не смогла устоять рядом с ним. И снова останешься с разбитым сердцем, как два года назад.

Аня

Этот день не задался с самого утра. Я чуть не проспала свой вылет, которого ждала больше месяца. А кто бы не ждал переезда из маленького городка в столицу? Поступление, студенческая жизнь, новые знакомства и перспективы.

Это ж нужно было так переволноваться накануне, чтобы не услышать сигнала будильника. Ни единого раза из восьми…

Если бы не мой наглый котяря, который истошно орал мне на ухо и тыкался в ухо мокрым носом на протяжение десяти минут, я бы так и продолжила сладко спать, благополучно проспав свой автобус, который должен был меня доставить в аэропорт.

В аэропорт я приехала за пять минут до конца регистрации, умудрившись порвать джинсы практически на самой попе, зацепившись за какой-то гвоздь, когда вставала с сиденья в старом, разваливающемся на ходу автобусе.

Мысленно ругаясь, на чём свет стоит, и старательно прикрываясь сумкой сзади, подлетела к регистрационной стойке. Пытаясь отдышаться, я, сбиваясь, заикаясь и путаясь в словах, пыталась объяснить женщине ситуацию, уже готовясь к тому, что меня не пустят на борт самолёта. Что придётся покупать новый билет на последние деньги, которые мама мне дала на месяц проживания.