Музыка любви

– А утро так хорошо начиналось! – Лекси Джордан повесила трубку и стерла сообщение матери с автоответчика.

Лекси и ее соседку по квартире, Франческу, пригласили выступать на частной вечеринке в ресторане «Уэйнрайт-Инн» в следующие выходные. А это значило, что Лекси сможет купить подарки к Рождеству, не залезая в долги.

И тут этот звонок...

– Что стряслось, подружка? – раздался из ванной голос Франчески.

– У Гретхен новый психоаналитик.

– Ну и что? Она же их меняет как перчатки.

– Но эта убедила маму собрать всех на рождественский обед! – Лекси остановилась в дверях ванной. – И мама хочет, чтобы я пришла со своим молодым человеком.

– Н-да-а, – протянула Франческа, разворачивая полотенце.

У нее было необыкновенное, очень дорогое нижнее белье, которое полагалось стирать обязательно вручную и специальным моющим средством.

Лекси предпочитала обыкновенный хлопок.

– У тебя есть кто-то, о ком я не знаю?

– Никого у меня нет. – Лекси перебрала в уме всех своих знакомых мужского пола. Ни одного подходящего! И, скорее всего, так и будет, пока они с Франческой все выходные играют в ресторане «Уэйнрайт-Инн», что в прекрасном городке Рокки-Фолс. Времени на личную жизнь совсем не оставалось.

– Но ведь это праздничный обед?

– Да, но психиатр заявила, что корни комплекса неполноценности Гретхен кроются в ее детстве.

– Ну и что? Причем тут Рождество? – Франческа извлекла из полотенца розово-черный бюстгальтер.

– Она сказала сестре, что наши родители были слишком заняты благотворительной деятельностью и слишком мало нами.

– Ну и что?

– Фрэнки! А кто, по-твоему, оплачивает ее лечение?! Во всяком случае, у меня почему-то никаких особых проблем с родителями нет. Они уделяли мне много времени и всегда приходили на мои концерты. И до сих пор приходят. Гретхен вечно что-то выдумывает.

Франческа повесила еще один розово-черный лоскуток и извлекла из раковины следующий.

– Твоей сестре медведь на ухо наступил. Ни петь, ни играть она не может, а стало быть, и участвовать в концертах, на которые приходили бы ваши родители. Может быть, они действительно не уделяли ей достаточно внимания?

Лекси мысленно перебрала детские воспоминания.

– Гретхен всегда ноет, на нее невозможно не обращать внимания.

– Так причем все-таки рождественский обед?

– У моей сестренки, видишь ли, не сохранилось счастливых воспоминаний детства. Необходимо восполнить этот пробел!

– Мне кажется, в этом нет ничего плохого. Милая семейная вечеринка.

– Ничего себе милая! Мама же хочет доказать всем, что мы счастливая, благополучная семья. Франческа улыбнулась.

– Кому доказать?

– Всем. – Лекси глубоко вздохнула. – Я пыталась убедить ее пригласить только близких родственников, но она непреклонна. Даже Лес приедет, представляешь?!

Франческа аккуратно отполаскивала нечто желто-черное, похожее на клочок шкуры тигра.

– Твой застенчивый братец? Лес, брат-близнец Лекси, был в вечном конфликте с семьей и нигде подолгу не задерживался.

– Бедняга Лес. Ему так хочется считаться паршивой овцой в нашем семействе, но у него ничего не получается.

– Неужели твоей матери удалось заманить его домой на Рождество?

– Она только боится, что он заявится не один, а Бог знает с кем.

– Послушай, а... хочешь, я с ним приду?

– Спасибо, но ты не подходишь по половому признаку.

– Не может быть!

– Еще как может! По крайней мере, Лес так сказал, когда звонил в последний раз.

– Это он хотел насолить родителям за то, что они называют его Лесли.

– И ему это удалось.

– Надо думать. Послушай, я что-то не пойму, какая разница, одна ты придешь или с мужчиной? Это ведь семейная вечеринка?

«Вот именно, – подумала Лекси. – Если бы не тетка Кэролайн...»

– Полагаю, мужчина нужен, чтобы задобрить тетю Кэролайн. Она крайне недовольна тем, что у меня нет детей. Они с дядей и моя безупречная кузина со своим идеальным мужем и детишками будут главными гостями.

Глаза у Франчески стали как два блюдца.

– Эмили Десальво приезжает в Рокки-Фолс? «Боже, да что в этом такого?» – возмутилась про себя Лекси.

– Кажется, да.

– О, Господи!.. Как же ей удалось выкроить время в напряженном гастрольном графике накануне Рождества?

– Потому-то все и считают ее совершенством, – спокойно ответила Лекси.

– Послушай, ты ведь не завидуешь ей больше, правда?

– Я никогда ей не завидовала!

– Да если бы и завидовала, это было бы нормально. Она такая... – Франческа прикусила язык, заметив взгляд подруги.

– Она всемирно известное сопрано в зените славы, а я скромный преподаватель игры на фортепьяно в маленьком колледже в заштатном городишке Техаса. Ты это хотела сказать?

– Ну, я не называла бы наш город заштатным. Лекси вздохнула.

– Да ладно, не будем сравнивать...

– Ты это моей маме скажи. – Лекси попыталась улыбнуться. – Знаешь, я ведь аккомпанировала, Эмили на концертах, когда мы были детьми.

– А она... как тебе кажется... Уже тогда было видно, что она талантлива?