Мужчины в нашей жизни

Сегодня праздник — Первое мая.

Большинство моих соотечественников, от Владивостока до Выборга, заняты в этот день открытием дачного сезона. Терпеливо вскапывают грядки, пилят деревья, жгут мусор. Я тоже, сколько помню себя, встречала Первомай на даче — копала, сажала, поливала. Потом, в полуобморочном состоянии, опьяненная свежим деревенским воздухом и обилием с непривычки физического труда, готовила традиционный дачный обед из неизбежной тушенки с макаронами. Мама, оправдывая скудость меню, тихо вздыхала:

— В полевых условиях…

После обеда обычно пили чай с прошлогодним вареньем, а посуду мыла Елена, дочка моего старшего брата Алексея. В прежние годы он с радостью присоединялся к нашему трудовому десанту. С ним приезжала его красавица жена Лиза[1]. Лиза не любила возиться с грядками, зато на домашней работе буквально кипела; и в какие-то несколько часов из пыльного и заброшенного наше жилище превращалось в нарядное и сверкающее.

— Лешка, неси на улицу ковры. Лена, подметай лестницу, — тут и там раздавался звонкий Лизин голос.

Сама она мыла окна, стирала шторы, долго, с особой тщательностью развешивала их, потом на террасе накрывала к обеду стол, в центр которого почему-то всегда водружала букет одуванчиков. Чопорная мама без энтузиазма косилась на сорные цветы, но молчала, возможно усматривая некую гармонию между букетом и содержимым наших тарелок.

С годами персональный состав энтузиастов налаживания дачной жизни претерпел некоторые изменения. Лиза с Лешкой все реже появлялись на нашем участке, ссылаясь на занятость, усталость и прочие объективные причины. Елена по простоте душевной объясняла нам подлинное положение вещей:

— Папа куда-то уехал на праздники, а мама без него не хочет на даче бывать.

— У Лешки, наверное, кто-то есть, — печалилась потом моя мать.

Не знаю, так ли уж она сочувствовала невестке… Просто терпеть не могла подлости, лжи, предательства и еще, должно быть, вспоминала о своем, тоже очень горьком, семейном опыте.

А потом Ленка принесла очередную новость: родители разводятся. Мама впала в настоящий транс.

— Разве так я вас воспитывала? Этому учила? — причитала она целыми днями.

Что сказать? Воспитывала, конечно, не так и учила совсем другому, только Лешка изначально не поддался воспитанию. Сумел ускользнуть. А на мне, младшей дочери, мама потом отыгрывалась. Вот и результат: я в свои тридцать два года так и сижу при ней, а Лешка находится в состоянии свободного плавания. Кстати, после развода с Лизой братец вскоре подался в Германию. Наговорил нам с три короба: еду, мол, работать по контракту! (Он специалист в области медтехники.) Но потом случайно выяснилось, что никакого контракта нет, а состоялось Лешкино путешествие исключительно благодаря вмешательству его новой приятельницы, некоей фрау Магды Гросс, с которой он познакомился, будучи в Германии в командировке. В общем, у нас на даче он больше не показывается, и всю мужскую работу выполняет теперь мой друг Влад.

Влад — уменьшительно-ласкательное от Владимира. Он на два года младше меня и служит в фирме, известной под названием «Аромат-Престиж», не то старшим, не то главным менеджером, не то начальником отдела продаж. Одно из двух — или название должностей у них все время меняется, или я не слишком внимательно слежу за карьерным ростом любимого человека. Причем вероятнее второе…

Наша с Владом «дружба», как ни странно, началась по маминой инициативе. Страстная любительница парфюмерии и косметики, она однажды наделала в их магазине покупок на астрономическую сумму, чем заслужила грандиозный приз. Вручал сей ценный подарок представитель администрации магазина, которым и оказался Влад. Маме он сразу очень понравился:

— Такой симпатичный, грамотная речь, прекрасные манеры. А какой любезный! Сам предложил проводить меня до машины!

Этого она могла бы и не рассказывать. Кто, думаете, ждал ее в этой машине? Я, конечно! Сидела, умирала от скуки и, наконец, дождалась… Из магазина в сопровождении нагруженного фирменными пакетами продавца вышла моя мамочка, а с ней — молодой человек мощного, по нынешней моде, телосложения в дорогом светло-сером костюме.

Очень уж современный, подумала я тогда. Эдакий яппи.

Молодой человек с улыбкой кивнул мне, будто старой знакомой:

— Замечательная у вас мама! — и, ничуть не смущенный моим молчанием, весело продолжил: — Потрясающий вкус! Таким клиенткам наш магазин предоставляет специальные скидки.

Весь этот поток дежурных любезностей я пропустила мимо ушей, потому что думала совсем о другом.