Мужчина на всю жизнь

Annotation

В центре творчества западногерманского прозаика Герда Фукса — жизнь простого человека с его проблемами, тревогами и заботами.

Неожиданно для себя токарь Хайнц Маттек получает от руководства предприятия извещение об увольнении. Отлаженный ритм жизни семьи нарушается, возникает угроза и ее материальному благополучию. О поисках героями своего места, об изменении их взглядов на окружающую действительность рассказывает эта книга.

Выбитый из седла становится на ноги

Герд Фукс

notes

1

2

3

4

5

Выбитый из седла становится на ноги

Мы читаем в газетах, слышим по радио и телевидению о безработице в мире капитала, о том, что число потерявших работу в отдельных странах достигает сотен тысяч, миллиона, а то и нескольких миллионов человек. Мы понимаем, что это плохо, догадываемся, что могут чувствовать безработные. Но мы никогда не были на их месте, и уже в силу этого нам трудно ощутить всю глубину переживаний этих людей. К тому же мы нередко слышим, что в высокоразвитых капиталистических странах даже в период экономического спада и растущей безработицы сохраняется относительно высокий жизненный уровень. Более того, на Западе находятся люди, которые заявляют: не стращайте нас безработными, они получают такое пособие, что могут жить припеваючи.

Но эти люди умалчивают о главном. Во-первых, о том, что пособие не вечно, а временно, и зачастую человек лишается права на него прежде, чем найдет новую работу. И во-вторых, дело не только в материальной стороне. Даже получая пособие, потерявший работу переживает серьезное потрясение — нервное, психологическое. Оказавшись на улице, он подобен всаднику, выбитому из седла. И часто не только его собственная жизнь, но и жизнь его близких летит вверх тормашками.

Только прошедшие через горькие испытания безработицы знают, что это такое. Один из них — Хайнц Маттек, тридцатидевятилетний гамбургский токарь, герой повести Герда Фукса «Мужчина на всю жизнь». Если вы хотите понять, что происходит в душе безработного, побывать у него дома, в его семье, взглянуть на него глазами его жены, детей и знакомых, прочтите эту повесть. Вы откроете для себя новый, особый жизненный пласт, и, возможно, он удивит вас так же остро, как и самого Хайнца Маттека, который еще вчера чувствовал себя сильным, уверенным и вдруг словно попал в безвоздушное пространство, остался без точки опоры, вне привычных ощущений.

Получив извещение об увольнении, Хайнц Маттек не случайно припоминает один из первых своих боксерских боев и одно из первых своих поражений. Точно такие же чувства испытывает он и сейчас. Его будто снова послали в нокдаун, и вот этот большой сильный мужчина неожиданным ударом выбит из своей привычной, размеренной жизни. Поначалу ему даже как-то не верится, ведь что ни говори, а за плечами восемь лет безупречной работы на предприятии, нормальные отношения с товарищами и с начальством, привычная, быстро и ловко исполняемая работа.

Так вместе с главным героем повести мы сталкиваемся с первой несправедливостью безработицы: она наносит свой удар нежданно и, в общем, не разбирая куда, не различая, хорошо ли, добросовестно ли трудился человек или нет. Удар, особенно тяжкий и необъяснимый для тех, кто воспитан в жестокой необходимости без остатка выкладываться на работе, день за днем демонстрируя высшее свое достижение.

Маленькая деталь врезается в память и герою повести, и нам, читателям, — заместитель начальника отдела кадров объявляет Хайнцу Маттеку о предстоящем увольнении в высшей степени вежливо и корректно. Короткие извинительные фразы словно заранее рассчитаны на полное взаимопонимание увольняемого и администрации, на сочувствие фирме: «Мы крайне сожалеем. Многолетнее сотрудничество. Трудности со сбытом. Конъюнктура».

Ведь не случайно Хайнцу Маттеку так долго и старательно внушали, что фирма и он сам — это некое единое гармоничное целое и не может здесь быть никаких противоречий, никаких оснований для недовольства друг другом. «Восемь лет отработал он на этом предприятии и, когда его спрашивали, чем он занимается, как правило, отвечал: "Мы выпускаем автопогрузчики". Под этим "мы" он подразумевал и себя самого, и еще тысячу с лишком других людей, работавших с ним бок о бок. Всех вместе. Фирма, думал он, это все они, вместе взятые. И то обстоятельство, что владельцем ее был адвокат, чью роскошную виллу он непременно демонстрировал Марион и детям, когда они проезжали мимо, на его взгляд, никак не противоречило подобному идеальному единению».

И даже сейчас, когда его спокойно и равнодушно, как отслуживший свое станок, препровождают навсегда за ворота, он еще продолжает верить в этот идеальный мир «социального партнерства», о котором ему твердят со всех сторон, и только много позже, пройдя через горькие разочарования и изверившись, постигает Хайнц Маттек истинную цену всех этих красивых фраз.