Муки сердца

Кимберли приготовила себе чашку кофе и села в глубокое кресло, чтобы разобрать накопившуюся почту. Перебирая конверты, она наткнулась на письмо, которое было переадресовано ей.

Конверт был подписан агентом по недвижимости. Весьма заинтригованная, Кимберли вскрыла его. Содержание письма оказалось для нее полной неожиданностью. Агент сообщал, что не смог найти ее отца по последнему известному адресу. Однако еще до своего исчезновения Гектор Вудс упомянул дочь как человека, с которым можно связаться в случае необходимости. Агент запрашивал дальнейших указаний насчет дома, не так давно освободившегося от постояльцев. Кимберли с трудом вспомнила, о чем идет речь.

Родители отца умерли, когда она была еще ребенком. Но уже в то время семья Гектора считала его поганой овцой. После смерти родных Гектор унаследовал крошечный коттедж в небольшой деревушке неподалеку от Нортгемптона. Но его явно не обрадовало известие, что дом занят пожилой постоялицей, которая не намерена съезжать, чтобы дать ему возможность поселиться там.

Кимберли перечитала письмо раза три и позвонила агенту.

— Я не могу сообщить, где находится мой отец в настоящий момент, — печально призналась она. — Мы не виделись довольно давно.

— Пожилая леди переехала к родственникам. Если ваш отец захочет сдать дом еще кому-нибудь, придется сделать капитальный ремонт. Хотя, — добавил агент с энтузиазмом, — недвижимость в тех местах хорошо продается. Очень удобный участок под застройку.

Конечно, отец выбрал бы последний вариант, отметила про себя Кимберли. Он продал бы дом и за несколько месяцев промотал бы все вырученные деньги. Либо на скачках, либо на собачьих бегах. На лице Кимберли застыла маска решимости. Она набрала в легкие побольше воздуха. А что, если поехать в агентство и забрать ключи?

Идеи, одна за другой возникающие в голове, мешали Кимберли сосредоточиться. Ей нужен дом. Так? Она всегда любила деревню. Это факт. Если у нее будет свой дом, она сможет начать все заново. А почему бы и нет? Что удерживает ее в Лондоне? Неудачная карьера, от которой больше вреда, чем пользы? Она сможет найти работу и в деревне. В магазине, в баре. Она не привередливая. Ложную же гордость можно оставить в стороне.

Кимберли не находила себе места от возбуждения. Если дом в плохом состоянии, ремонт потребует больших затрат…

Я никогда не хотела быть актрисой. И сейчас без работы, размышляла Кимберли. Возможно, это реальный шанс начать новую жизнь. Как бы то ни было, надо попытаться. Конечно, я не могу бездействовать. По крайней мере, если я снова начну зарабатывать, то смогу когда-нибудь вернуть огромный долг Эстебану.

— Эстебан уполномочил меня заниматься его делами. Теперь я затаскаю эту наглую распутницу по судам и разорю ее! — визжала Мелани Бартлетт.

Агостино Мангано слушал сводную сестру своего покойного отца не более чем с вежливым вниманием. Он старался скрыть неприязнь. Его большие черные глаза, казалось, ничего не выражали. Никто не мог бы даже предположить, что за последние шестьдесят секунд Мелани передала ему в руки главный козырь. За такую информацию Агостино пожертвовал бы чем угодно. Кимберли Вудс, актриса, окрещенная прессой Белоснежкой, та единственная женщина, из-за которой он не спал столько ночей, увязла в долгах…

— Эстебан потратил на нее целое состояние! — Мелани кипела от негодования, резкими шагами меряя огромную комнату лондонского офиса. — Взгляни на неоплаченные счета… Ты не поверишь, во сколько обходится содержание проститутки и ее нарядов!

— Любовница должна иметь соответствующий гардероб, а Кимберли Вудс амбициозна. Не сомневаюсь, она вытянула из Эстебана все, что могла. — Агостино бессовестно подлил масла в огонь.

В отличие от большинства тех, кто два года назад оказался свидетелем распада брака Бартлеттов, Агостино никогда не задавался вопросом, почему Эстебан оставил жену. Его также не трогали жалобы Мелани на бедность. Эта эффектная блондинка родилась богатой и умрет еще богаче. Ее скупость служила постоянным источником насмешек в обществе.

— Все эти деньги ушли на тряпки, — процедила Мелани сквозь зубы. — И вдобавок эта маленькая шлюшка взяла у Эстебана большую ссуду…

Агостино внутренне напрягся. Проститутка, шлюха? Да, Мелани не стесняется в выражениях. Для мужчины с горячей кровью любовница необходима, но проститутка совсем другое дело. Эстебан нарушил правила игры. Умный мужчина не оставит жену ради любовницы. Сицилиец никогда не поступил бы так опрометчиво, подумал Агостино. Эстебан Бартлетт выставил себя дураком и сделал посмешищем собственную семью.

— Однако ты вернула домой то, что больше всего хотела, — прервал Агостино поток ругательств. — Ты вернула мужа.

Мелани вспыхнула. Ее губы изогнулись.